Архив игры "Вертеп"

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Архив игры "Вертеп" » Прочие помещения замка » Лестницы и коридоры


Лестницы и коридоры

Сообщений 81 страница 100 из 178

81

Барная комната ====

Уже выйдя из барной комнаты, Рауль вдруг ощутил, как у него начала кружиться голова. Тихо, что называется, ненавязчиво.  Не так, чтобы грохнуться в обморок или еще какую глупость подобную совершить. И все же было немного неприятно. Все же, как ни крути, сказывались долгий, полный событий, день и легкий голод – за разговорами  и происшествиями в барной парень так и не успел поесть.
Ладно, не страшно. Не впервой же.  М-да, хорошо еще – не пил. Отказался от бокала, предложенного тем странным человеком… мсье Ерехановым.
Он замедлил шаг, бросив короткий взгляд на коляску Скиннера, катящуюся рядом. Заметив, что писателю сейчас явно не по себе, чуть нахмурился, тихо вздохнул.
Ну вот… Погуляли, называется.
-Рауль…
«Вампир» обернулся к окликнувшему его Винсенту. Тот выглядел явно не лучшим образом.
М-да…  Не «замок развлечений», а  шоу из паноптикума.
Ренье на каких-то пару минут отошел от коляски писателя, шагнув в сторону Винсента.
-Знаешь, возможно, завтра или послезавтра мы с мсье Скиннером пойдем прогуляться в парк. А парк – самое место, чтобы беседовать о театре и ролях… пробок. – Он чуть усмехнулся.
По выражению лица Винсента можно было прочесть, что парень все прекрасно понял. Пробормотав какие-то извинения, Флоризье направился куда-то в сторону, оставив компанию.
-Винсент сказал, что к себе пойдет. – Пояснил Рауль, заметив недоуменные взгляды остальных.
Когда вся компания была уже совсем рядом с номерами гостей, откуда-то из коридора послышался шум.

82

Франсуа резко обернулся на голос, внутренне сжимаясь от неожиданности, словно ожидая нападения. Но, разглядев подошедшего мужчину, расслабился.
Оценивающе оглядев  неброский костюм, спокойный уверенный вид, он пришел к выводу, что это скорее всего какой-то работник в замке.
Пожав плечами, Моле на шаг отошел от скорчившегося на полу  мальчика, окончательно потеряв к нему интерес,  изящно убирая платок в карман.
-Не помешали. Скорее наоборот. У молодого человека большие проблемы с вежливостью, в результате чего несколько раз неудачно упал. – холодно ответил Франсуа. – И мне бы хотелось выразить свое недовольство лицу, ответственному за его поведение. Дикие зверушки не должны бродить без присмотра, это черевато причинением ущерба не только гостям, но и прекрасному интерьеру замка.
Он слегка кивнул в сторону расплывающегося на мягком ковре кровавого пятна возле головы мальчика.

Отредактировано Франсуа Моле (2009-12-15 20:15:18)

83

>>> Барная комната

Теленком на веревочке себя чувствовать – нерадостно. Рауль и Винс вели, Азбука на правах «о нем позаботиться надо» - новичок ведь совсем, к тому же уставший, вымотанный и тощенький, аж кости сквозь бледную в лиловинку кожу, видать. Азбука вызвал бы инстинкт заботы даже у отъявленного мизантропа, во всяком случае, так казалось Найджелу. 
Зато сам Найджел был бодрым и самостоятельным; с интересом озирался по сторонам. Выстуженные лестницы и бесконечные коридоры – пещерные почти, древние и недобрые, само место трухлявое, настороженное. Оно привычно к крови, ядам и темноте. Редкие электрически факелы - чужие, словно система сигнализации в саркофаге. Диссонанс.
Найджел несколько раз останавливался – взгляд цепляли чьи-то хмурые портреты, истекающие ледяной водой маринистские пейзажи, изредка скалились острыми углами и бешеными красками абстракции.
Путаница переходов, каменные кишки монструозного чрева. Найджелу, впрочем, страшно не было – жалел, что не прихватил вилки, можно бы выцарапать чего-нибудь на стене… нарушение неприкосновенности чужой собственности, ну так и его права тоже нарушили.
Найджел определенно рвался  в бой, а ни в какие не «покои».
- Как вы здесь не теряетесь? – спросил у уверенно идущих Рауля и Винса, - Черт ведь ногу сломит… Слушайте, а этот тип и правда  такой добрый или что-то ему от нас все-таки нужно? Насколько я знаю, платят они не за то, чтобы мы у них в комнатах отсыпались… - прозвучало довольно зло, и Найджела кольнула совесть. Клиент или нет, вот этот конкретный мужчина в коляске и с пледом обошелся со всеми ними по-человечески. – А второй? Стриптиз устроил… ну, японец этот. Или кореец.
Найджел чуть не запнулся о кромку пурпурной ковровой дорожки, и заключил:
- Дурдом, а?

84

- О.. – медленно промолвил Шед, поглядывая в сторону ребенка, - Как вижу, упал он как раз очень для вас удачно…
Выслушав все, о чем толковал гость, мужчина слабо прикусил изнутри губу.
- Ответственного лица? Как не вовремя.
Он покосился на бирку, сковывающую руку мальчика, на которой по-прежнему красовалась четко выделенная буква V. Не успев забрать подростка себе, сразу напороться на такой косяк, по своей же прихоти. Реймон сомкнул пальцы левой руки.
- Шед Реймон. Ответственное лицо. Это мой новый питомец, - вежливо проговорил он, все с тем же отсутствием эмоций в чертах, - К сожалению, у него еще не было времени усвоить правила замка. Прошу прощение за его.. дерзость. Я могу загладить вину? Быть может, бутылочкой Chateau Petrus или чем-либо более дорогим… Надеюсь, Поль его не настолько разозлил, чтобы вывести из душевного равновесия.
Мужчина бросил еще один взгляд на подростка.
- А теперь ведь не меньше недели ждать придется, пока его лицо станет таким же девчачьим.

85

Жалеешь?
Думает о той, из ирландских сказок, как смола дерзкой и космической, темноте. Двадцать шагов до пункта Бар – и на порядок меньше обратно, запахивая дрожащую полу синтетикой-пахнущей-кофты. Ну, не беспокойся, уже почти пришли, да…
Что мерещится в темноте? Ему, по обыкновению, не совсем полноценные скелеты. С оторванной берцовой и ключицей, вкривь и вкось. Не прыгающие, не скачущие, не танцующие твист – не представляющие ровным счётом никакой угрозы…
Бывают другие иллюзии, ближе к не к гротескным суп.наборам, а к жесткому натурализму. Эмиль Золя. Жерминаль…
Десяток нескладных шагов, взглядом упершись в съедаемые ворсом ступни. И без того длинные, в причудливом свете ноги выглядели поражёнными акромегалией – мелово-огромные, разные, страшные.
А от окошечек в решёточку на полу возникаю классики – и Азбука прыгает, поджимая ногу, как аист. 1-2-3-4…8 – вот и «солнышко». Ну, он всегда выигрывал у Денисова…
Митя надулся, самодовольно, как самец лягушки в брачный период. Вспомнил. Заскучал по своей больничке, который раз спотыкаясь о ватный, неприспособленный для ходьбы ворс.

- Дурдом, а?

Ага. Дур-дом. С кошками, лошадью, пчёлами на сирени и Фисой. Положительно мне не стоило уходить с Денисовым. На меня плохо влияет это их огромное измерение, это их невероятное количество воздуха, смена времен года, эта кошмарная безмерность всего. Когда я смотрю на мир и понимаю, что здесь жизнь обновляется каждый месяц, что здесь уже ничего не осталось оттуда - мне делается плохо. Может быть, это страх смерти - что от меня вот так же ничего не останется. А скорее - непонимание.

Свернул за угол вместе с остальными и поймал Найджа за руку – сырую, тёплую, как кожаные мокрые перчатки. Вымоченные в подсоленной водице, ссохшиеся. Но не в пример новёхонькие.

86

Рэй уже изнемогал – так невыносимо болела спина. Он с преогромным удовольствием лёг бы на любую горизонтальную поверхность, но, какими бы экзотичными ни были причуды здешних клиентов, растянуться прямо на коврике всё-таки казалось перебором. Бывший штурман, прячась от ушедших вперёд участников кавалькады, выпил пару таблеток. Коридор простирался в бесконечность, а мальчишки – Флоризель, Найджел, Рауль и этот странный русский ползли по этому багрово-позолоченному тоннелю черепашьей скоростью. Вернее – со скоростью больных черепах. А если уж совсем точно – со скоростью выведенного на прогулку черепашьего приюта для престарелых. Когда каждая из панцирных рептилий норовит свернуть в сторонку, пощипать свежего салатику или перекинуться двумя тысчонками накопившихся слов с каждым встречным-поперечным.
В ушах знакомо-неприятно зазвенели мелкие стеклянные осколочки, будто детальки в яркой картонной трубке калейдоскопа – предвестники обморока. О, вот только этого недоставало… - Скиннер встряхнул головой и поравнялся с юным русским безумцев, бредущим в хвосте маленького каравана невольников еле-еле и нога за ногу. Рэй поодёргал его за рукав и сказал пареньку мягко, но с ноткой нетерпения:
- Азбука, милый, шагай побыстрее, очень тебя прошу. Мне бы лечь поскорее...

Отредактировано Буси (2009-12-28 19:41:29)

87

Судя по пробивающимся,  из-за плотных штор  на окнах,  тусклых пока еще промельков света – скоро уже начнется новый день. Еще одна ночь – вторая странная ночь карнавала -  скоро подойдет к своему завершению. Начнется новый день, который принесет обитателям этого чудовищного замка… кому что.
Рауль  тихо ухмыльнулся, услышав вопрос  «чертенка» о том, как не теряться тут.  Пообитай тут три года, поневоле научишься разбираться в местности.  Тем более, если собрался бежать и в свободное время занимался тем, что обследовал каждый уголок.  Впрочем, это все осталось в мыслях, но не прозвучало. Ответом Найджелу послужило лишь короткое пожимание плечами.  В отличие от ответа на второй вопрос. услышав который, Ренье резко обернулся, глянув на «чертенка».  Нет, он прекрасно понимал опасение парня – сам был слеплен из того же теста, да и за годы жизни в вертепе разучился верить людям.  И все же от тона  парня отчего-то очень неприятно кольнуло обидой сердце. Обидой за писателя.  Впрочем, Найджел был не виноват в своей настороженности и неверии.  Таким его, как и самого Рауля, как и многих других тут, сделал сам Вертеп. И все же Ренье посчитал нужным... вступиться за писателя? Объяснить? Этого Рауль и сам не знал.
- Правда. Он не сделает ничего плохого никому из нас. – Голос «вампира» звучал чуть глухо. - Если он обещал, значит – не тронет.  А второй...  – Рауль вспомнил встречу с Ерехановым тут же – в коридоре, тихо хмыкнул. – Не знаю. Он странный очень. Но я его первый раз вижу.  Так что ничего не знаю и сказать не могу. 
Он покосился на Азбуку, заметив, что паренек совсем уже «скис» от усталости и жался к своему приятелю – «чертенку» как малый ребенок, когда ищет защиту в грозу у старших.  И в который раз в груди стало стеснено от гнева на тех. кто этого беззащитного, как новорожденного котенка, неразумного человечка сунул в эту «мясорубку» человеческих тел, душ и жизней.
А может, ему пока что и не так уж и плохо? Если он не понимает – куда попал…  Главное, чтобы не попался ни к кому из «зверей» и не… 
При мысли о том – ЧТО именно могут сотворить с парнишкой многие из тех,  кто зовется тут гостями, Рауль почувствовал подступающую дурноту. Крепко зажмурился, резко мотнув головой, выдохнул.
Прозвучавший неожиданно, в почти полной тишине почти пустого сейчас коридора, голос Скиннера как-то уж очень резко не понравился Раулю.  И в то же время выдернул из странного состояния наползающего на сознание тумана усталости.
Ох черт… Он же сейчас просто в обморок грохнется. И опять окажемся мы с ним в лазарете. Да плевать, лишь бы все обошлось. И за каким я, дурак, послушался? Надо было просто немного прогуляться да возвращаться в номер. Не поспали бы, так все равно отдохнуть надо было.  А если сейчас придется в лазарет идти, то ребята одни останутся. Ладно, Найджел этот вроде парень сообразительный, если объяснить – до номера доберется ми своего приятеля «отбуксирует».
Рауль обернулся к «чертенку».
- Найджел, если что... Идите по коридору прямо, затем по правой стороне будет дверь... странная такая, и на дверь не похожая. Ее просто толкнуть в сторону надо, а не на себя.  Вот туда вы с Азбукой и заходите. А то... Чую я – ту снова лазаретом попахивать начинает.
Он вздохнул. Затем взялся за ручки коляски и чуть прибавил ходу, стремясь добраться до номера скорее.
Или, может, сразу в лазарет?
Видимо, последний вопрос он задал вслух.

88

Утро допивало тех, у кого сегодня был тяжелый день – и тяжелая ночь. В ночи есть своя энергия – не всегда добрая, скорее наоборот, энергия пустоты и хаоса, но ею можно подзарядиться, будто смешать «рэдбулл» с коньяком.
Утро напомнит и заберет долги.
Вылакает до капли, словно бездомный кот – молоко.
Прижался Азбука – усталый, так толком и не съевший ничего. Найджел  в свою очередь уцепился за сухую ладонь, почему-то вспомнилась белая крыса Ганс, крыс жил у Найджела лет десять назад, и у крыса были такие же розовые сухие лапки, аккуратные, вкрадчивые... и уязвимые.
Кивнул Раулю – если уж своим не верить, то впору вообще идти к местным докторам, декларируя: «А у меня паранойя, лечите меня!» Ага, будут тут лечить. И вообще, грех жаловаться – не так, чтобы доставалось Найджелу, больше пугали его – «свои» же и пугали. Даже Винс, и тот пугал. Мол, осторожно – зыбучие пески, ядовитое болото и «здесь водятся тигры».
А так же ядовитые гады, пауки и слизни-мозгососы. Тигры, на самом деле, далеко не худший вариант.
- Сейчас уже, - подбодрил Азбуку, хотя сам Найджел понятия не имел, идти им пять метров или тысячу ступенек.
- Чего? – заминку спустя. Впору трясти головой, и требовать скачать «чит-коды по прохождению». Просто квест какой-то – поди туда, найди дверь, которая на дверь не похожа, сунь мужику с палкой бутылку, а палку забери… Тьфу ты, на геймерских форумах внятнее объясняли.
Потом  - дошло. И то, как по стеночке Рауль полз – тоже.
- Слушай… может , я тебя провожу в лазарет? Что-то ты какой-то салатовый.
Азбуку «на клиента» оставлять тоже не хотелось, но Рауль же сказал – можно верить. Найджел и верил. А вот что нежно-зеленый, как английский газон по весне – и верить не нужно, оно само видно.

89

Рэй тряхнул головой. Противный, стеклянно-предобморочный звон в ушах прекратился, дурнота отхлынула, будто испугавшись дважды произнесённого слова «лазарет». Они что, сговорились? – подосадовал бывший штурман на юных спутников. – Вот уж куда меньше всего хочется.
В ту самую секунду, как сознание прояснилось, Рэймонд уловил вопль, несущийся откуда-то неподалёку. И, чёрт возьми, если этот «ангельский глас» не был знаком Скиннеру! Он почти рефлекторно нажал на кнопку тормоза. Коляска остановилась как вкопанная, так резко, что Ренье, зачем-то её толкавший, наверное, ударился животом о ручки. Но иначе поступить Рэй не мог. Варианты действий просчитались мгновенно и без особого осознания, мозг сразу выдал оптимальное решение. Не оборачиваясь, Восьмой сказал негромко, но как никогда властно:
- Так, ребята. Во избежание неприятностей делаем следующее: Раулиньо, хватай Азбуку в охапку и дуй с ним в Ивовые покои. Бегом. Маскарад кончается, народ сейчас подвалит, и я не могу допустить, чтоб мальчишку истерзали уже сегодня.
Рэй оглянулся, увидел то, что ожидал – упрямо сжатые губы нахмурившегося Рауля, и произнёс куда мягче:
- Пожалуйста, не спорь, так будет лучше для всех. Ты знаешь дорогу, у тебя быстрее получится его до места довести. Со мной ничего не случится, я в порядке. Уложишь парня спать и жди меня. Я буду… - Скиннер замялся, - Ну, через полчаса точно буду.
Теперь Рэй развернул кресло, подъехал прямо к русскому парнишке, так что тот оказался стоящим прямо у штурманских колен, мягко взял его за руки пониже локтей, самую малость встряхнул, привлекая внимание, и тут же, чтоб успокоить, погладил подушечками больших пальцев нежную светлую кожу предплечий. Глядя снизу вверх в огромные странные глазищи, Рэй заговорил, как всегда беседовал с детьми – мягко, уважительно и внятно:
- Азбука, милый, ты должен пойти с Раулем. Он хороший, он отведёт тебя в безопасное место. Ты устал, тебе нужно поспать, верно? Иди с Раулем, там ты поешь и поспишь. Хорошо? Возьми его за руку. Не бойся. И бегите, как можно быстрее.                      
Прислушиваясь, не доносится ли новых криков, и пытаясь как можно точнее определить их дислокацию, Восьмой с облегчением проследил, как Азбука сунул ладонь в руку Рауля. Их «бегом», конечно, было далеко от классического, но, по крайней мере, двигались они в нужном направлении и быстрее прежнего. 
Отвернувшись от них, Рэймонд окинул оценивающим взглядом чумазенького-черномазненького спутника. Ничего, бегает и соображает, вроде, нормально. Пока только это и надо.       
- Найдж, - Восьмой поймал его взгляд, - Ты вызывался провожатым? О`кей. Пойдёшь сейчас со мной. Мне может понадобиться твоя помощь. Двинули? 

Комната отдыха для прислуги

Отредактировано Буси (2009-12-30 18:36:45)

90

Выдох. Пальцы надавливают на рыхлую как мука руку, а сердце выдает 200 в минуту и это не предел. Нос ходит ходуном, пытаясь уловить запах опасности. Есть? Нету. Нету, только запах странного дома, такой же, как и он сам - странный. Чуть тяжеловатый, насыщенный. Будто только дождь прошёл – а запах остался, помешанный с плотным пыльным.
Взгляд у этого мужчины тоже странный. Не колючий, нет. Щекотный какой-то. Азбука исподволь, быстро улыбнулся, не справился с навязчивой мыслью о щекотке. И рванул. Бесконтрольно, радостно, из последних силишек и подскакивая пуще Сивки-бурки.
Всему виной стало достаточно подробное объяснение Рауля. Э, нет, что же ты так? Не пойдёт. Нехорошо. Да и чёрт с ним!
Азбука нёсся вперёд. Сердце разухабилось, и как сказочная лошадка трусило по мёрзлой колее между ковром и стенкой. Оно ударяло в лёгкие кровью, выменивая драгоценную жидкость на кислород. Момент – и запнулось, сорвав дыхание. Митька остановился. Далекооо от них, не догнать. ХА! Огляделся вокруг, уперев хладные ладони в коленки и хватая воздух как брошенный рыбный головастик.

Минута, две, пять? Какое дыхание? Тихое. Шаг, второй на ковёр. Короткими пербежками, держа сквозь воротник губы. Толкнул дверь справа. Обычная дверь, никакого купе и потайной комнаты. На подоконнике напротив сидел кот. Вычурный, с алым бантом и калачом-хвостом. Жаль, фарфоровый.
Дима покачал головой. Что за дом такой,  даже игрушки революционного времени, старые, с оббитыми ушками и носами. Деликатно закрыл дверь и пошаркал дальше, блестя водянистыми жадными глазками. Ага, вот оно. Толкнул дверь справа. Влево. И она разъехалась, точно в купе, явив просторную комнату. Во всем разномастье барокко, рококо и чего-то замковом ещё, прихожая оформлена по-азиатски роскошно. По сути, в ней не было ни-че-го-шень-ки. Это роскошно. Не заиграла музыка, не пахнуло куреньями. Здесь было тепло, пусто и спокойно. Занимался рассвет. С чувством полного морального удовлетворения Азбука развернулся, брезгливо потряхивая ушибленной ногой, и, прихрамывая, пошёл внутрь.

 Покои Плакучих Ив.

91

Туман в сознании отступил так же стремительно, как и навалился. Ничего страшного не было – просто легкая усталость и все. Ну, плюс еще недовольно «буркнул» не получивший с утра еды, желудок. Не смертельно и вполне пртивычно.
-Да не мне лазарет нужен. – Рауль досадливо тряхнул головой, прикусив губу. Посмотрел на «чертенка» так, словно тот сказал что-то неприличное или неприятное. Впрочем, неприятным сказанное было и вправду. Впрочем, не более чем последующее резкое торможение коляски – Ренье от неожиданности довольно чувствительно «впечатался» животом в ручки передвижного средства -  и слова Скиннера.
Рауль сжал губы, хмурясь.
И какие проблемы возникнут теперь? Почему он вдруг опять меняет решение? Странный человек. Вроде и спокойный, на первый взгляд, а такой импульсивный.  И тон…
Обычно, слыша подобный тон – практически командный, Ренье,  по сложившейся за три года привычке, начинал «взбрыкивать». Но Скиннер был прав. Как, наверное, и всегда.
И почему он прав бывает постоянно? – Еле заметная усмешка, скользнувшая по губам Рауля, была немного хмурой.  И все же он кивнул.
-Хорошо, мсье. Но если Вас не будет через полчаса... Кажется, я уже знаю – где Вас буду искать. – Новая хмурая улыбка. Никакой угрозы или ультиматума в словах – просто констатация факта.  Затем Ренье, пока Скиннер договаривался с Азбукой,  торопливо сдела шаг к «чертенку».
- Найджел, кажется, тут получается такая ситуация – я присматриваю за твоим соседом, а ты – за мсье Скиннером. – Он не сказал «клиентом», потому как знал, что под эту категорию писатель не подпадает, да и ведет себя тут, как случайный гость, а не как клиент. – Пожалуйста, присмотри за ним, ладно? Он хороший человек. Наверное – лучший, кого я тут встречал. Если ему будет вдруг плохо... Сохрани боги от этого. – У него лекарство должно быть – в оранжевом флаконе. Он тебе сам скажет.
Конечно, Найджел мог бы возразить. Мол – что же «очень хороший человек» может  делать в таком месте? Но и «чертенок» не успел ничего  возразить ни Рауль – сказать что-нибудь еще. Бледненький и, казалось, вот-вот поверяющий сознание Азбука рванул так, словно сейчас от его скорости зависела его же жизнь или как если бы он стремился по меньшей мере выиграть марафон. Ренье только и успел коротко дернуть головой, кивнув остающимся (или уходящим куда-то в другую сторону) Скиннеру и Найджелу и устремился вслед за странным русским.

" Покои Плакучих Ив"

Отредактировано Рауль Ренье (2009-12-30 23:29:09)

92

Это естественно – думать, что помощь здесь нужна только «униженным и оскорбленным». Клиентов, в конце концов, никто сюда не тащил волоком, не заставлял, более того – они платили чертову тучу денег, чтобы попасть в роскошно убранный замок с экзотическими наслаждениями по типу «все включено». Найджел скорее поверил бы в то, что клиент (все равно клиент, не хочу я его принимать как «доброго человека» - принять таким образом, значит унизиться, признать, что ты зависишь от воли людей, которые платят здесь бабки) прикидывается, что просто вздумал какую-то игру играть – тело купить проще, в конце концов, хотя бы и парня с габаритами Тайсона и навыками Бонда – свяжи по рукам и ногам, задом кверху положи, и пользуйся сколько влезет. Нервы покупать, нервы и душу – труднее.
Не продается. Ни-за-что.
Хмыкнул, отпуская руку спутника – в болезненность Азбуки верилось больше, воспоминания о наркотике или просто снотворном, свежи.
Найджел мог и отказаться – а плевать, если добренький, то примет и отказ, а если прикидывается – что ж… «Ничего не докажешь. Разве самому себе. Или, может быть, у тебя в коронке зуба видеокамера или диктофон, или то и другое вместе – компромат собираешь?»
- Вам помощь нужна? – постарался, чтобы звучало хотя бы не по-хамски, не так уж светилось это «а с фига я вам верить должен, заботливый вы наш».
Ну да, заботливые сидят дома и кормят детей – своих или чужих, привет от Анджелины Джоли, Мадонны и иже с ними, - кашей или, там, шоколадными кроликами с марципановой начинкой.
Тем не менее, Раулевы инструкции выполнил – отпустил, проводив взглядом; Найджел взъерошил длинные волосы, высохшие уже во время беготни по комнатам и залам, и теперь растрепанные донельзя.
«Лекарство в оранжевом флаконе».
Найджел сменил Рауля с видом – ну и что теперь? А ничего, куда скажут, туда и пойдет. Доверять – не собирался, но если правда человеку помочь надо, то поможет…
- Я новенький,«а-а, Капитан Очевидность наносит ответный удар, как будто этот мужик не понял по моей хронически кривой роже и неумению вилять хвостом… ну это в дополнение к полному незнанию «расстановки сил», ага», - Так что… куда скажите, туда и пойдем, только сам я своей комнаты и той не найду. Кажется. Здесь все ходы на одно лицо.

>> Комната отдыха для прислуги

93

Виски заломило – судя по всему, опьянение окончательно покинуло Франсуа. Он потер из кончиками пальцев, устало прикрывая глаза.
-Ваш звереныш прокусил мне руку. Как вы думаете, это возможно компенсировать, если вы не Создатель? – равнодушно поинтересовался Моле, холодно глядя на мсье Реймона. – Я собирался требовать голову этого поросенка на серебряном блюде. Теперь вижу, что справедливо было бы заказывать две головы. А две головы на одном блюде – слишком большая вольность по отношению к библейскому сюжету. Да и выглядеть будет глупо.
Франсуа смахнул невидимую пылинку с плеча. Рана на руке слегка саднила, но уже не кровоточила.
-Я пока не знаю, к чему отнести произошедшее: к вопиющему непрофессионализму персонала или досадной случайности, от которой никто не застрахован. В любом случае, мсье Реймон, в свое время, так или иначе, вы узнаете о моем решении, - в его голосе не было угрозы, простая констатация и объявление собственных планов. Моле слегка кивнул и, развернувшись на каблуках, пошел по коридору, быстро исчезнув в полумраке.

=== >

Отредактировано Франсуа Моле (2010-01-04 11:26:42)

94

Мальчика разбудили рано утром, он едва успел придти в себя от потрясений ночи, хотя, надо признать, ему все теперь виделось, как в опиумном сне. Флер не знал, что такое опиум и уж тем более не догадывался, какие сны под ним снятся. Ему почему-то казалось, что обязательно смешные. Но теперь веселье прошло, показав свою обратную сторону. Мама всегда говорила мальчику «Не смейся на ночь – цыгане приснятся». Теперь Дезире понимал, что она имела ввиду.
- Давай, поднимайся! Надо тебя вымыть и одеть. Ужас. Тощий, как котяра некормленый…- его рывком подняли и перевалили через плечо. Один из надзирателей – явно человек неплохой – отнес ребенка в его комнату, где принялся купать Флера, оттирая от крови и пота, вымывая воск из розовых волос. Он обращался с мальчишкой, как с родным сыном или дочкой – бережно. Убедившись, что Дезире пахнет малинкой и чист, как стеклышко после «мама-мыла-раму», он поставил перед мальчиком тарелку с супом и пюре. Заставил съесть все, кормя чуть не с ложки. Флер молча глотал бульон, а потом ковырял картошку, но в итоге цель надзирателя увенчалась успехом: дите накормлено, вымыто, причесано.
Оставалось одеть.
- У тебя хороший клиент, будь ласковым, понял? И все пройдет гладко. Ну, понял? Что ты молчишь? – мужчина бросил на кровать розово-белые полосатые трусики и такие же гольфы-ботфорты, надел на голову парнишке кошачьи ушки и прикрепил их еще заколками для лучшей фиксации. Конечно, что-то было не так и не то. А именно – вся спина и ягодицы Флера были в красных полосах и царапинах от тяжелого ремня, коим его охаживал давеча мастер Хуго. Но тут уж было никак не помочь: пудра или крем-гель стерся бы под первыми прикосновениями. Поэтому надзиратель решил оставить все, как есть.
Закончив с приготовлением игрушки для клиента, надзиратель взял Флера за руку и повел в комнату, где уже ожидали заказ.

95

- Как Вам будет угодно, месье.
Реймон кивнул и, вперившись недобрым взглядом в спину господина Моле, проводил его глазами, пока тот окончательно не скрылся из виду. Теперь дело оставалось за малым – убить «звереныша» и выкинуть его тушку в близлежащий пруд. Реймон резко перевел взгляд на Поля. За время беседы мальчишка успел немного отползти, но находился все в том же полуобморочном состоянии. Шед сделал несколько шагов и, присев на корточки, ухватил Поля за воротник. Резко потянул вверх, мальчик приподнялся - невысоко, футболка это сделала с гораздо большим энтузиазмом, вновь оголяя белый зад.
- Тебе кто-то разрешил выходить? – сквозь зубы прорычал мужчина в черном и, рванув ткань сильнее, заставил мальчишку встать.
Испачкался в крови. Досада. Несколько ослабив хватку и беря мальчика осторожнее, Шед задумался над его состоянием. Пожалуй, ребенок и правда мог пострадать. Сломанные ребра или внутреннее кровоизлияние… Будет неприятно, если не успев вступить в права над новым учеником, придется потерять его из-за какой-то нелепой случайности вроде смерти. Нет, это было недопустимо. Впрочем, что волновало его не меньше, если и отвести сейчас мальчишку обратно в комнату, то дорогой персидский ковер будет безнадежно испорчен. Дилемма была разрешена. Еще раз сверкнув глазами, мужчина закинул ребенка на руки (вряд ли б тот смог передвигаться сам) и отправился в медицинскую часть. Желание взглянуть в напуганные голубые глаза было сдержано опасением нового приступа собственного гнева. 

--------мед часть

Отредактировано Шед Реймон (2010-01-13 02:34:46)

96

Слезы. А ведь он совсем не собирался плакать, просто откуда то по щеке сбежала большая соленая капля воды, смывая кровь. Боль уходила, тупыми и неровными толчками, взамен появлялся озноб и горечь обиды, желание подвигаться и вдохнуть распухшим носом.
Иголочки намокших ресниц покалывали предплечье, засыхающая кровь начинала неприятно стягивать кожу рук, и необходимо было пошевелится, чтобы осознать, что не спишь. В ушах холодный, страшный голос, теперь сродни кошмару, который не забудешь давольно долго, даже если сильно хотеть. И другой. Совсем спокойный и чуть небрежный, уже знакомый, от которого ушел и теперь он спасал. Сглотнув ком соленой густоты, мальчишка попытался встать, напрасно унимая дрожь во всем теле. Виски заломило, так сильно в них бухнула кровь. Тошнота и слабость не заставили себя ждать, Поль бы проблевался, если бы было чем, тот завтрак булочками уже давно рассосался в его желудке. 
Над самым ухом вполне закономерный вопрос, дерзость тут же затихла в Поле, трусливо поджав хвост, было обидно до слез и тошно от того, что во всем виноват сам. И оправдание для себя, славное, но такое ничтожное в этом месте тоже не помогало, и не лгать себе, что не знал, чем все окончится, и не храбрится впредь, выпячивая грудь колесом.
Икнув, громко и неприлично, Поль громко зашипел, когда его потащили вверх за футболку. Болело все, от макушки до копчика, так почему ему не дадут спокойно подохнуть в темном уголке на пушистом пыльном ковре??
Поль вздрогнул, ожидая еще один удар уже от Шеда, но вместо оплеухи были сильные руки, тепло тела и размеренное покачивание в такт неспешным шагам. Как на корабле, Поль икнул еще раз, борясь с приступом тошноты. Смотреть на мужчину было так же страшно, как и совестно. Из-за глупой выходки влетит  и Шеду, а он уже как пол часа являлся каким-то чертовым спасителем. Поль незаметно скомкал пиджак мастера в кулак, чтобы не потерять связь с внешним миром и своим супермэном в придачу. Нос тыкнулся в знакомую уже смесь из запаха дорогой туалетной воды, модной ткани с вкраплениями пуговиц. Тепло. Спокойно. Страшно . Но как у строгой мамаши за пазухой, Поль виновато вжимал голову, ощущая своей задней оголившейся точкой- его не тронут больше. Не сегодня, и не сейчас даже..
-----------) Мед. часть.

Отредактировано Поль Лаллан (2010-01-13 23:40:07)

97

по пути из "столовки" Ксавье успел обругать себя всеми словами какие только были в похмельной памяти. "Молоток ! Так держать! Сходил в столовку заодно нарвался на драку, выслушал массу интересного из жизни техасских миллионеров, и узрел музыканта в приступе суицидного обжорства. ВСЕ! сделал мальчик. Только не пожрал...Аааай к чорту...Дома кажется остался пяток яиц. Яичницу хоть сварганю!" Мысли крутились роем тихо гудящих пчел.  Все еще "вело" и тело напоминало тряпичную куклу. Надо было побыстрее добраться до комнаты и, быстренько поев, снова завалиться в постель. По опыту Ксавье знал что его похмелье лечит только сон.
На площадке лестницы он остановился соображая куда дальше.
"УУУблин! понастроили! Ну кто так строит! Лабиринты  Минотавра только не хватает" .

98

Ночка выдалась муторно-спокойной. Ближе к трем часам Гарм готов был поклясться, что заснет стоя, имитируя одно из геральдических животных у каминной полки. Клиент не шел, как рыба к неудачливому рыбаку, хоть вой на луну, хоть вешайся.
Единственным развлечением оставалось меланхоличное наблюдением за пиршеством других, но ни на шахматную доску, ни на бал пса не позвали. Словно везде вывесили таблички «вход с животными воспрещен».
Просидев несколько часов на веранде и пронаблюдав восторженный восход тускло освещенного изнутри солнца, мужчина уже окончательно перестал надеется на хоть какой всплеск эмоций и даже подумывал добраться до пары понравившихся ему охранников, но как назло, жертвы все то ли попрятались по углам, то ли беззастенчиво дрыхли.
За отсутствием иных вариантов, следовало пойти отоспаться. Но что-то невнятное, как предвкушение свары перед сезоном охоты, заползало на загривок и пекло кожу, медленно вгрызаясь ядовитыми зубами в тело.
«Вот оно.»
Маячившая впереди худосочная фигурка заставила флегматично бьющееся сердце ускорить ритм. Апатичность и вялость, преследовавшие Меркадо последний десяток часов стали отпадать кожей линяющего удава.
Нехорошо улыбнувшись, мужчина медленно, едва ли не крадучись, добрался до горничной и остановился менее чем в пяти шагах за спиной.
Да, это был тот самый мальчик, фигуру которого он бы узнал после шпилек и корсета даже в мешковине и ослиной шкуре. Сказочный юноша.
Блаженно прикрыв глаза, Гарм втянул носом воздух, ощущая аромат лишенного парфюма тела.
Безумное желание схватить, смять хрупкое тело, поднять его на плечо как Европу и утащить через моря, мгновенно затопило сознание и повинуясь командам мозга, тело само двинулось вперед.
Руки сжались на футболке, смяли ее, прижимая к телу, Гарм довольно сощурил глаза, замирая и наслаждаясь кратким мигом спокойствия.
Он знал, что птичка скорее всего встрепенется и улетит, но не желал отпускать ее ни при каких обстоятельствах.

99

"Всегда будь настороже. в отнсительной безопасности ты только у себя в комнате. И то..." - когда Этьен втолковывал ему простые истины, Ксавье тогда не то чтобы не поверил,но было как то странненько. Потом он оценил всю кондовую мудрость нехитрых правил. Но вот к постоянной паранойе так и не привык. А как выяснилось - зря. Потому как паранойя - средство выживания тут. Особенно когда ты не Мастер, не Клиент, и даже не Охранник, а несчастная Похмельная Горняшка, которая идет себе никого не трогает и вдруг БАЦ!
Нее, если б Ксавье был Охранником, то вполне вероятно все сложилось бы совсем по другому. Что то вроде "Тело отреагировало гораздо раньше чем мозг (по причине отсутствия собственно мозга - заметим в скобках)и локоть плавно...ну и дальше триумфальное описание поверженного врага.
Но Ксавье не был охранником. К тому ж еще вопрос, как бы отреагировал ПОХМЕЛЬНЫЙ охранник.
А Дюбуа просто заверещал. По идее, на такие децибеллы должны были сработать датчики .. Как минимум, пожарная бригада должна уже была мчаться, на ходу разматывая шланги ..Но не мчалась. Ксавье рванулся из захвата и оставил в руках захватчика трофей - черно белую клетчатую рубашку
Можно было драпать, что горничный и сделал бы, если бы не одно но. То самое, что сгубило очень многих.
Парень обернулся.
Да так и замер
Здоровенный детина с пронзительно синими глазами смотрел прямо на него со странным выражением на лице.
Ксавье поразил даже не рельеф мышц (а там было на что посмотреть)и не режущая синева глаз 
И даже не ошейник с обрывком цепи (невольник сбежал???)
Нет . К месту пригвоздило выражение этих глаз.
Но вряд ли сейчас похмельный горничный был способен сформулировать это в словах.
Вместо сомнительных анализов сомнительных выражений в глазах, он сделал шаг назад готовый при малейшем намеке на агрессию рвать когти и сердито поинтересовался
- Охуина перебрал приятель? Ты чего на людей бросаешься?

100

У божьей птички оказался самый что ни на есть Райский голосок, но то, что им вытворяли, заставило Гарма оцепенеть на несколько мгновений, и тайная страсть выскользнула из рук юркой змеей.
«Хреновый птицелов.»
Дав молодому прелестнику вывернуться из жарких объятий и отскочить в сторону ошпаренной кошкой, Рейнард, ради упрощения ситуации, опустил руки, оставшись стоять с единственным напоминанием о теплом теле – куском ткани зажатым в кулаке.
Что в таких ситуация лучше всего говорить или делать, мужчина не знал. Он привык брать силой, либо не брать вообще, а тут… Мальчик ему искренне нравился. Как-то конкретно обозвать чувство Рей не спешил, боясь громких слов, но сейчас, стоя в коридоре, без свидетелей и рассматривая горничную вновь, он готов был признать что ощущение это близко к симпатии.
Нежное создание, оклемавшись от первого стресса и кое-как переведя дыхание, выдало голоском, опустившимся почти на тон ниже совсем не лестные слова. Но в сочетании с худосочной фигурой, небрежной одеждой и сверкающими праведным гневом глазами, даже ругань казалась приятной для слуха. Гарм зажмурился и не выдержав, поднял рубашку, медленно втягивая сладковатый аромат молодого, гибкого, здорового тела.
Пожалуй, только внимательный взгляд Дюбуа, заставил мужчину задуматься над тем, то же он делает. Рубашку пришлось отнять от лица, не без некоторого сожаления, после чего расправить, как меховое манто, и протянуть вперед, предлагая услугу галантного джентльмена под названием: «будьте любезны, сударыня, позвольте мне Вас одеть».
Конечно, надежда была слабой. После первого, неудачного контакта после долгих дней наблюдения со стороны, Гарм явно потерял шанс на дружественное расположение с первых секунд. Ошибка, безусловно, на лицо, но устоять не было возможности, иначе бы пастухи не отстреливали волков за их чрезмерную любовь к сочным барашкам.
Но Меркадо не дожил бы до своих лет, если бы не был упрям и настойчив. А здесь было ради чего настаивать.
Отсутствие свидетелей, удобная, далеко не рабочая одежда на Ксавье, раннее спокойное утро – разве это не удачное стечение обстоятельств, по человеческим меркам?
Пес попытался улыбнуться располагающе, пока одними глазами, сетуя, что никогда в этом не тренировался.


Вы здесь » Архив игры "Вертеп" » Прочие помещения замка » Лестницы и коридоры