Архив игры "Вертеп"

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Архив игры "Вертеп" » Сны персонажей » Сон в летнюю ночь


Сон в летнюю ночь

Сообщений 21 страница 27 из 27

21

Филипп был молодым и во многом неопытным демон. Он все время развивал свою способности, пытаясь стать как можно сильнее. Постоянно слыша шутки и насмешки о своей внешности и недостатках, он хотел стать тем, кого никто и никогда не посмеется унизить, кого будут бояться и уважать.  Но Филипп не понимал, что сила - это еще не все. Имея огромные физические данные, он не заботился о другом. Например, о самоуправлении. Чем больше сила - тем больше усилий требуется, чтобы ею управлять. Филипп - слишком юн и вспыльчив, слишком неумелый, чтобы управляться гневом и эмоциями, когда выплескивает магическую энергию - резко и много. И сейчас, вспыхнув, как сера, не может утихнуть.
Тени вампиров окутывали, связывали, сковывая движения. Прижимали к кровати так, как-будто тут не кровавая разборка шла, а бесшабашная оргия. Филипп горел, изнутри и снаружи. Чувство ярости, жажда крови разгоралась в нем все сильнее. Ему хотелось сражение, хотелось вонзить когти и клыки в чью-нибудь плоть, даже уже не важно чью. Филипп дернулся, размыкая губы. Тихий, гортанный звук раздался из его горла. Он выкручивал руки, в бесплотной попытке освободиться. Пламя разгоралось сильнее, простынь начинали тлеть и разгораться - огонь, как это обычно бывает, пожирает все на своем пути.
Филипп выдохнул, сжимая челюсти. Он двинулся вперед, чувствуя, как тень предупреждающе стягивается на его шее. Светловолосый демон опять рычит и впивается клыками в шею вампира, держащего Жана, сильно, отрывая плоть, опаляя кровососа пламенем. Филипп уже слабо соображает, что происходит, зачем и для чего он это делает. Кровь, ее запах и вкус возбуждают его. Ему хочется убивать, рвать и крушить. Неважно, что его душат, неважно, что до боли сжимают его. Он вырвется, он порвет тени, сожжет их. Жалкие кровососы не смогут противиться его силе. Твари земли слабее, по определению.
Филипп рычит, снова, на миг припадая к кровати, по уголкам его губ течет чужая кровь, которая тут же высыхает. Взглядом он находит Библиотекаря и его губы кривятся в безумной улыбке. Вот он. Противник. Здесь и сейчас. Остальные были уже не важны, как и суть того, чего он боялся пару минут назад - что потеряет жизнь.

22

Да это было неприятно. Неприятно и неожиданно. Инкубы вели себя так, словно находятся в своих владениях или устанавливают новый мировой порядок, позабыв о том, что к миру Света не имеют ни малейшего отношения. Подкрепление сыпало обвинениями, куражилось и пафосничало по-полной.
Что касается пафоса... этого добра у нас тоже хоть отбавляй. Но ощущение полной жопы почему-то не покидало вампира.
- Вот гад!
Яркая вспышка, ослепившая и хлестнувшая резью по глазам, заставила еще сильнее откинуться назад, зажмуриться и вскинуть руку, закрываясь от лучей. Дыхание перехватило, но Ланс быстро взял себя в руки, делая несколько глубоких вздохов. Кажется отпустило...
Привет от солнышка. В следующий раз будь осторожней.
Продолжая приходить в себя, он прислушивался к шепоту инкубов, вылавливая отдельные слова.
Тоже мне, силы зла...
Ты не знаешь, что такое грубо и сердито. Иначе не сыпал бы тут словами, а давно приступил к делу. Правильно говорят, что инкубы слишком заняты тем, чтоб казаться соблазнительными. На остальное у них просто не остается времени.

Пошевелился, порываясь подняться...
Война, господа, не фунт изюма. Кроме магии и обалдееенной притягательности неплохо б еще иметь и клыки... Иначе кончите в публичном доме на каких-нибудь ангельских задворках. Говорят, там хуже, чем в Вертепе...
Что за Вертеп?
Перед мысленным взором промелькнула библиотека какого-то Замка, разнообразные образы и лица...
Cплю что ли?
Ланс почувствовал, что просыпается, но острая боль в глазах отбросила сознание назад, заставляя вновь оказаться во сне. Один на один с четырьмя демонами. Нет, не один... Кажется, где-то здесь были его вампиры...
Обернувшись, бросил взгляд на кровать. Глаза перестало жечь, но обстановка на поле боя явно переменилась. Яблоко раздора в лице смертного принца благополучно перекочевало в гостеприимные лапы демонов.
С ума сойти. Трогательно-то как...
Библиотекарь медленно поднимался, наблюдая за этой идиллией, стараясь не привлекать к себе лишних взглядов. Пора было спасаться. Его вампиры терпели поражение по всем фронтам. Простыни на кровати ярко тлели, то и дело взмывая вверх языками пламени. Четыре его стража, схватившие демонов,  из последних сил пытались сдержать напор врага. Но пламя уже облизывало их тела, и они слабели, рассыпаясь на глазах, но все еще стягивая, душа, разрывая...
В комнате происходило что-то странное. Всплески энергии бушевали вокруг, развивая занавеси на окнах. Сорванные порывами исписанные листы бумаги носились по всей спальне, кружась, белым ковром ложась на пол. Пламя в камине вспыхнуло, рассыпая фонтан огненных брызг. И отчетливый запах серы, который ни с чем нельзя спутать, плывет вокруг, не предвещая ничего хорошего...
Библиотекарь застыл, напряженно оглядываясь.
- А все так мило начиналось...
Прищурил глаза, встречаясь со взглядом освободившегося от пут демона...

23

Винсенту хватило нескольких секунд, чтобы понять, что кровопролития не избежать. В руках у него материализовалась высокая трость с острым наконечником и тяжелым набалдашником в виде головы химеры. Но его дело было не воевать с созданиями ночи, а защищать их желанный приз. То есть принца. Винсент дернул юношу к себе, придерживая за плечо. - Не рыпайся только, прошу,- зашипел он ему на ухо. - Я постараюсь сохранить тебе жизнь, вот только потом ты расскажешь мне, что всем этим существам нужно от одного тебя. - Инкуб царапнул запястье юноши и лизнул капельку крови, потом прокусил палец себе и смешал живительный коктейль из алой бархатной влаги на царапине парня. - Какое-то время ты будешь неуязвим. Возможно, будешь ощущать тошноту, но не более. Если хочешь жить - потерпи.
Клану это не понравиться. Странная мысль в голове. Какому клану, и что не понравиться. Изгнанники. Винс - по решению совета, я -  по решению сердца. Эрик поднёс губы к затылку любовника.
- Давай убьём всех и дело с концом. И те, и другие наверняка нарушили закон, а принц...принц.
Человеческая жизнь самая вкусная. Самая короткая, но самая нежная, хрупкая. Восхитительная. Не сравни ни с вечностью вампиров, ни со страстями демонов. Эрик улыбнулся, втягивая носом запах Винса. Желание накатило волной.  Сейчас возьму его прямо здесь. Тягуче лизнул в шею, повыше воротника. Обводя цепким взглядом всё вокруг.
Внезапно всё пришло в движение. Изменилось за пол минуты. Белобрысый демон до этого лежащий повержено на кровати  вдруг восстал. Да ещё как. Пламя рвалось с неистовой силой, почти так же как он рвал глотки самим вампирам, почти умываясь их кровью. Преимущество последних таяло на глазах. Эрик криво усмехнулся. Словно секс, Всё начинает нравиться больше и больше. Сначала ты подо мной, затем я под тобой. Волны, волны, волны.   Ожидание, нежность, страсть, …теперь, после  оргазм! Инкуб куснул Винса за ушко.  Не так быстро. Окинув взглядом и оценив перестановку сил, Эрик улыбнулся. Ладони горели уже ровно и снова зудели.  Секс будет. А после игры,  ещё слаще.
- Продолжим игры, малышшшш, - шепнул он любовнику, и метнулся в сторону вампира.
- И так, ангел ночи, кого мы накажем первым? - вставая рядом с ним, усмехаясь, бархатно прошептал Эрик. - Белобрысого нахалёнка?

Эрик? Как это понимать? Хотя...да...ты же не... - Винсент проглатывает горькие мысли. Эрик пошел за Ним, а не за его идеалами. Это надо учитывать. Хорошо, Эрик, я пойму. Но мне надо уходить с этим мальчиком... - думает он.
Эрик всматривается в лицо любовника.
- Давай, малыш, это же интересно! - инкуб разводит руками демонстрируя пылающие хвосты скорпионов на ладонях.  Готовность к атакам. Я тебя не трону маленький, не сомневайся. Ухмыляется, указывая пальцем на свою жертву. Но, выбирает не белобрысого, а маленького, молоденького, оставляя сладкое вампиру, который пожирает того глазами.  Не дай боги, ещё подавиться. Откачаю и… съем обоих.
Винсент прикладывает ладонь к груди принца и толкает его в созданный им освященный круг света, залитый миром. - Эрик! - между старшим и маленьким демоном встает его собственный любовник.
- Что, малыш? - в глазах инкуба искриться задор, словно у ребёнка. - Кого  будешь защищать, мальца, или белобрысого?
Эрик оборачивается на вампира, чью сторону он теперь принял. Прикидывает, в силах ли тот сделать, что-либо существенное его любовнику. Стоит ли дать ему полную свободу. Пусть малыш потешиться. Хотя,  определённо знает, что  кровопролитие претит ему. Может, по этой причине и сделал такой шаг, чтобы заставить этого полуангела опуститься на землю, стать ничем не лучше его самого. Убивай, Винсент! И наслаждайся же этим, в конце концов! Щуриться.  Я заставлю тебя быть инкубом, чувствовать то же, что и я!
Снова взгляд на вампира. Тихо, так, что  слышит только он и Библиотекарь.
- Вот твой шанс вампир. Давай. Я тебе пока не мешаю…
Эрик разворачивается в сторону демонов и стоящего перед ними Винсента, и бросается вперёд, жадно протягивая ладони к молодому, всего лишь отталкивая Винса в сторону, предоставляя обещанный шанс Библиотекарю.
Трость буквально отхватывает Эрика за талию, как змея и кидает в сторону. Взгляд на Ланса. Взгляд в сторону демонов. - Ну, что стоим! От этого зависит ваша жизнь!

24

Жан очнулся от жара и странной, ноющей боли в шее. Возвращаться из из забытья было неприятно и больно. Он похлопал по тлеющим волосам, не давая им разгореться, и неловко поднялся, чуть не свалившись обратно на кровать. Потрогал шею, которая, как ни странно, оказалась совершенно невредимой, облизал кровоточащее запястье. Вкусно. Двигаться было тяжело, как будто его что-то держало. Самое противное, он совершенно не мог сосредоточиться - пылающая комната медленно куржилась вокруг него, мысли путались, из глубин памяти всплывали какие-то чужие незнакомые воспоминания. Мутный взгляд остановился на двух готовых  сцепиться фигурах. Смутно подумалось: Надо помочь Филиппу. Нет, Библиотекарю, - возразил он сам себе. Почему Библиотекарю? Я же пришёл сюда с Филиппом, - удивился Жан, -  Или нет? Ох ты ж блин, магия, - обречённо подумал демон. В магии он был не силён, но понимал, что из двух голосов, звучащих  в его голове, ему принадлежал только один. Но вот какой? Он заскулил, переминаясь с ноги на ногу - путаница в мыслях раздражала, но невозможность определить, кто он, собственно, такой, просто сводила с ума. Всё вокруг какое-то размытое. Жан с силой полоснул когтями по щеке и сразу почувствовал себя лучше. Теперь, когда сознание прояснилось, он обратил внимание на двух незнакомцев, видимо недавно появившихся в комнате. И уже успевших захапать себе принца. Инкубы, чтоб их. Мало того, что принца захапали, они его ещё и лапают! Они украли нашу игрушку! - внутренние голоса взывыли в унисон, наконец-то согласные друг с другом. Рыжий с облегчением рассмеялся, довольный, что ему больше не надо решать, на чьей он стороне. А инкубы-то как раз ссорятся: вон как этот, с тростью, своего приятеля приложил, тот аж отлетел. Ладони демона раскрылись веерами когтей, и он рванулся вперёд, разрывая сдерживающие его призрачные путы и с утробным рычанием бросился на инкуба, который так кстати отвлёкся на избиение своего друга.

25

Огонь. Охвативший демона магический огонь; простыни вспыхивают мгновенно. Комната становится светлей и в глазах у всех отражается беснующееся пламя. Существо с длинными светлыми волосами в ярких всполохах, горящий и не угасающий, с кровью, алыми каплями стекающей по губам и вспыхивающей не успев скатиться с них, восхищает разум; зачем ему были нужны небольшие острые рога? Без них он бы напоминал само Сражение, бога-воителя, полного духа победной битвы, сияющего в языках священного огня, разожженного на алтаре в его честь, а вовсе не одного из темных, жалкого в своей внешности, пользующегося примитивным, известным и от того безмерно пошлым волшебством. Но все равно очень хочется маленькими шажками подойти поближе и схватить за хвост извивающийся огонек и потрогать пальцами, сжать в кулаке, сжать в кулаке частичку чего-то светлого и все-таки божественного.
- Не рыпайся только, прошу,- послышалось где-то рядом, над ухом, принц вздрогнул и обернулся к инкубу, глазами продолжая следить за демоном, окончательно вырвавшимся теневых пут,- Я постараюсь сохранить тебе жизнь, вот только потом ты расскажешь мне, что всем этим существам нужно от одного тебя.
- Да, хорошо...,- Люси кивнул, не обратив слишком много внимания ни на царапину, ни на последующие слова, завороженно наблюдая за все разгорающимися огненными языками.
Вздрогнул, но промолчал и не удивился, когда толкнули в светлый круг, уже привыкнув к тому, что его толкают и будут толкать туда и сюда, во всяком случае этой ночью. А даже если бы и не привык, то он был бы слишком поглощен наблюдением за длинной змеей пламени, колеблющейся, извивающейся, то распадающейся на тысячи хвостов, то сливающейся в одну, занятой медленным пожиранием остатков того, на чем человеческий принц обычно спал, чтобы думать о чем-то другом. Светлые глаза не отрывались от дымящегося, тлеющего края тяжелого балдахина - даже в окружении света и мира юноша не мог отвернуться от огня. И от демона, его породившего, все больше и больше напоминающего могучую стихию, чем разумное существо.
И тут Люси сделал самое глупое, что только можно было придумать. Не рассуждая, что было для него странно, и не испытывая страха, что было еще более странно, он сделал шаг вперед и незаметно покинул безопасный круг, протягивая пальцы вперед. Воспользовавшись тем, что оба защитника оказались заняты, как заняты были и демоны, и вампиры, незаметно прошмыгнул к кровати и бессознательно поймал ладонями полыхающий шар крови демона, продолжающей течь из раны на шее. Изумленно замер, продолжая держать в руках огонек и понимая, что тот совсем не жжет кожу, только греет, мягко и ласково греет, как может греть только солнце, но никогда не пламя. Растерявшись он было очнулся от непреодолимого очарования пламени, но внезапно в голове всплыли слова инкуба: "Будешь неуязвим". Принц улыбнулся и поднес огненный шар ближе к лицу, стараясь разглядеть получше и вовсе не обращая внимание на то, что совсем рядом сражаются существа, гораздо более могущественые чем люди.

26

Филипп встает, медленно и плавно, как-будто режет масло теплый металл ножа. Легкий звук, когда ноги касаются пола. Демон дергает головой, светлые кудри открывают шею с маленькой ранкой. Рука скользит по обнаженному торсу, видимый за полураскрытой рубашкой, чьи пуговицы были теперь потеряны среди недр кровати. Весь его вид, если - ах! - не считать пламени, почти ласкавшей демоническую кожу, можно было бы подумать, что это не не из низшего мира посетитель, а так, любовник, приятно утомленный бурной ночью покидает ложе любви. И Филипп был возбужден, жажда разрывала его изнутри, он чувствовал щекотку десен, которую можно было утолить, вонзив зубы в чью-нибудь плоть. Демон царапал свою кожу, обостряя ощущения.   
Но он не спешил. Чувство, что он успеет, что его жертва, его будущее блюдо и партнер на ближайшие полчаса. Библиотекарь, сильный и уверенный, пусть сейчас  и растерянный от чего-то другого, он сможет его удовлетворить, он сможет его развлечь. И это веселье может... или нет, не может, обязательно закончится смертью от одного из них. Это доставляло особую, пикантную нотку. Филипп раскрывает рот в дикой, неправдоподобной усмешке, обнажая клыки. Нет, даже демонстрируя, как в примитивной общине диких животных, показывая, кто из них сильней. 
Внезапно Филипп остановился, как-будто невидимые силы дернули его за веревочку, кончики ушей дернулись. Демон повернулся к человеку, так неосторожно вышедшего из охраняемого его круга. Он оказывается возле Люси, наклоняясь над ним, на мгновенье замирая, как коршун над своей добычей. Он тот, из-за которого вся эта ночь началась. Филипп, чье пламя стало вдруг мягче, улыбается и касается пальцами щеки мальчика. Думал ли он что-нибудь при этом? Нет. Демон забыл, что сейчас в комнате, кроме них и высшего вампира, были и другие - низшие твари, инкубы и прочие... Филипп хватает мальчика, прижимая к своей груди, и в следующую секунду - они уже снаружи, за стенами замками. Все, кто оказался на их пути к выходу, был банально отпихнут в сторону сильной волной, сбивая с ног.
Филипп громко смеялся, чувствуя ветер в волосах, чувствуя свои крылья, несущие его по воздуху, чувствуя дико колотящееся сердечко принца, прихваченного с ним из комнаты.

27

Минуты тянулись, время словно закручивалось в спираль, а события окончательно выходили из под контроля. Восставшие друг на друга инкубы, младший демон, бросившийся в самое пекло битвы и еще один... соблазнившийся человеческим принцем и теперь уносящий его на крыльях за горизонт...
Ворвавшаяся снаружи стихия бушевала уже внутри замка. Громко хлопали окна, рассыпая вокруг брызги битого стекла. Вырвавшийся из камина огонь медленно, но верно, перекидывался на гардины, расползаясь по комнате пожирающими все красноватыми языками пламени.
Замок пробуждался под сверкание молний и раскаты грома. Залог мира  - человеческое дитя - было похищено одним из темных и Зло поднимало голову, прорастая откуда-то из подвалов, извивающимися цепкими корнями невидимых деревьев. Росло вверх, буравя стены, пробивая насквозь тела мирно спящих в своих кроватях людей, рассыпая в пыль древние камни.
С шумом распахнулись двустворчатые двери, впуская дворцовую охрану, прежде усыпленную Филиппом... 
- Стоять!
Волосы начальника стражи и высшего Мага развивались, уже не столько от бьющего в лицо ветра, сколько от буйства магических энергий, всполохи которых, взорвавшись, темным мерцающим плащом готовы были накрыть заигравшихся и забывших о собственной безопасности демонов, инкубов и иже с ними.
Сидящий с низко наклоненной головой у стены Библиотекарь, улыбнулся, но никто не увидел этой улыбки.  Словно приходя в себя, уже с совершенно иным выражением на лице, весь покрытый кровью и обожженный демонским огнем, он поднял голову и взглянул на охрану. Дрожащая от напряжения рука потянулась в сторону окна, указывая, куда ушли беглецы.
- Они похитили принца... залог мира. Скорей...
Маги взревели, охваченные ненавистью к похитителям. Энергия полыхала на кончиках пальцев, готовая сорваться и разорвать на месте тех, кто еще не успел уйти. Инкубов не ждало ничего хорошего. А сбежавшему демону грозило то, что может только присниться любой нечисти в самом страшном кошмаре. Кровавая Охота. Когда  силы Добра и Зла, объединившись в общем порыве,  гонят тебя до последнего вздоха , до последней капли крови. И нет возможности уйти от преследования ни на Земле, ни на Небе, и нет надежды на спасение.
Если же в этой мясорубке выживет Принц...
Библиотекарь закрыл глаза, предоставляя страже поступить с демонами на свое усмотрение и собираясь с мыслями, представляя, что будет, если события примут неблагоприятный для него исход...
Если в этой мясорубке выживет Принц... Никто не станет слушать его обвинительных речей потому, что он всего лишь смертный ребенок. Ни ангел и не демон. Бессмертные не любят прислушиваться к тем, кто жил или будет жить меньше века. От таких все равно ничего не зависит...
Очередной взрыв энергии накрыл инкубов черной сетью. Терпение стражей закончилось. Кто-то помогал Библиотекарю подняться...

                                                                                           *****************

- Филипп... Проснитесь!!!
Уже целую минуту Ланс тряс за плечо камердинера, пытаясь добудиться.
Наконец тот стал подавать признаки жизни. Таким же крепким сном спали за большим библиотечным столом Эрик, Винсент, Жан-Пьер и Люси. Растолкав кое-как всю эту сонную братию, Харт выставил всех из библиотеки - в конце концов, спать лучше в своих кроватях.
Плотно закрыв дверь, вернулся к столу и взял книгу, которой все любовались перед тем, как заснуть - том старинных гравюр - издание девятнадцатого века в тисненом кожаном переплете с изображениями драконов, демонов и вампиров по краям. Вернув том на полку, эконом подошел к окну и распахнул его настеж, впуская в зал теплый весенний ветер, наполненный ароматом цветущих вишен.
Сев в кресло, подставил лицо солнцу и, расслабляясь прикрыл глаза, еще слишком чувствительные после ночного кошмара. Чуть поморщившись, поднял руку потереть воспаленные веки. Расстегнутый рукав рубашки полез назад, открывая длинный след от когтей демона. Рана бледнела и заживала на глазах, пока не исчезла бесследно.

Отредактировано Ланс (2009-11-11 00:20:02)


Вы здесь » Архив игры "Вертеп" » Сны персонажей » Сон в летнюю ночь