Архив игры "Вертеп"

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Архив игры "Вертеп" » Архив » Комната Региса Каде/Кабинет врача


Комната Региса Каде/Кабинет врача

Сообщений 1 страница 20 из 61

1

Три сообщающиеся комнаты. Одна - приемная для пациентов. Вторая - лаборатория. Третья - самая маленькая, жилая комната самого врача, сообщающаяся с туалетом и душем. За неимением других врачей в поместье, Регис вынужден принимать пациентов прямо у себя. В приемной стоит письменный стол, два стула - для самого Каде и для будущего пациента, в окна - три кушетки за ширмой, по углам шкафы. Один с историями болезни, второй, с нужными медикаментами.
В лаборатории на нескольких столах стоят разнообразные приборы и пробирки с анализами.
Личная комната Региса маленькая. Он вообще никогда не любил просторных помещений. Влезает шкаф для одежды и кровать - и то счастье.

Отредактировано Регис Каде (2009-11-07 00:41:32)

2

========> Комната Луи

Регис вошел в полутемный кабинет, остановился на пороге и тяжело вздохнул. Из бальной залы раздавались звуки музыки и отдаленный гул голосов. А ему приходилось торчать здесь, в ожидании очередной разорванной задницы или еще чего похлеще. А этого делать активно не хотелось. Хотелось спустится к остальным, выпить немного для расслабления нервов и пообщаться в приятной компании. А может и не только пообщаться. Мало ли, какая ситуация получится.

Мда... Если не прибежит кто-нибудь с криками "Доктор-доктор, там человек умирает!", а на самом деле будет очередной субтильный мальчик, который больше девочку напоминает, которому порвали все, что только можно порвать.

Мужчина вздохнул, убрал чемоданчик под стол и прошел в маленькую комнатушку. На кровати, аккуратно разложенный лежал камзол, белая шелковая рубашка с кружевными воротом и рукавами и в цвет камзола брюки.

- А пошло оно все,
- тихо рыкнул Каде, стягивая с себя обычную рабочую одежду и натягивая маскарадный костюм. Спустя минут десять приготовлений, Регис уже был полностью готов, повесил на дверь записку, где его искать в случае чрезвычайной ситуации и пошел в бальный зал.

=========> Бальный зал

3

-------------> Тренажерный зал

Регис быстро отпер комнату, снимая по пути записку, и прошел в кабинет. Здесь было тихо и пусто. Как не странно, ни одного пациента. Но ночь была в самом разгаре, а значит, этот мужчина с сердечным приступом явно не последний. Француз ловко включил свет, довез каталку до одной из кушеток за ширмой и помог пациенту перебрать на нее. Мягко, очень осторожно. Любое резкое движения - и не известно, удастся его спасти или нет.
Нитроглицерин, аспирин и тромболитики... А дальше посмотрим.
Каде распахнул шкафчик с лекарствами и быстро оглядел полки. Не зря он любил аккуратность во всем. Однажды, заглянув в чемоданчик с лекарствами одного из своих одногруппников, он пришел в ужас. "Как в этом хаосе что-то можно было найти?" Но тут все было так, как Регис привык. Быстро найдя искомое, он вернулся к кушетке. Каждое движение было отточено.
- Скажите "А", - таблетку нитроглицерина под язык. Шприц, ампула тромболитика, спиртовой тампон, укол. Все быстро и четко.
Должно помочь. Хоть руки не дрожат после виски и на том спасибо.
- Дышите глубоко и спокойно. Все будет хорошо, - улыбнулся Регис мужчине, надеясь, что не придется в скоростном режиме бежать к вертолету. В таких случаях все решало время, и его всегда безбожно не хватало. Француз прикинул в уме сколько у него его в запасе.
Не больше сорока минут. Если улучшения не наступят, придется отправлять в больницу. Черт, чувствую себя фельдшером на предпоследнем курсе университета. Ни оборудования, ни лекарств.

Отредактировано Регис Каде (2009-11-07 17:46:16)

4

> Псарни и конюшни

В Дверях кабинета местного врача с бесчувственным конюхом на руках, Теодор появился так скоро, насколько ему позволяла физическая подготовка. Все же переть на себе шестьдесят килограмм, а то и больше, живого мяса по бесконечным пролетам широких лестниц, было довольно проблематично. Ливенталь не обладал ярко выраженной мышечной массой, не ходил в качалку и не пичкал себя стероидами. Ввиду своего положения в обществе, ему не нужно было самому таскать тяжелые сумки, свежекупленную мебель или произведения искусства. За него это всегда делали другие. Сейчас он был в Вертепе один, с ним остался только один телохранитель, которого мужчина отпустил повеселиться сегодня на Маскараде. Да и со стороны помощников не нашлось. Гости были пьяны настолько, что вообще не отражали, что происходит вокруг, а доблестная стража в свою очередь опекала этих невменяемых гостей, будто мамаши своих сопливых детей. Этот факт раздражал Теда чрезвычайно сильно, но просить помощи самому было не в его правилах.
Большой проблемой стало еще определение местонахождения кабинета врача. Почти за три года, что Ливенталь гостил здесь, ему еще никогда не приходилось обращаться за помощью к врачу. Конечно были некоторые моменты, когда Тед терял сознание или его мучили дикие мигрени. Но все это было поправимо без каких либо радикальных мер. Нашатырный спирт или таблетка аспирина, это все, что Теодору могло понадобиться от местного врача.
С горем пополам он все же обнаружил нужную дверь и толкнул ее плечом. Дверь распахнулась и в глаза Ливенталю ударил яркий белый свет и острый запах медикаментов, такой как в любом медицинском учреждении. Теодор решительно зашел внутрь, постаравшись чтобы не ударить юношу головой о дверной косяк. Неспокойный взгляд метнулся по комнате, ища место, куда приткнуть измученное тело. Стол, два шкафа, и длинная ширма. Обстановочка прямо скажем убогая для врачебного кабинета самого дорогого борделя Франции. На первый взгляд тут даже операционного стола не было, который, скорее всего, мог сейчас понадобится. Кушетки он так и не обнаружил, зато увидел врача, хлопочущего над каким-то калекой. Кажется, Тед видел его пару раз, но имени не запомнил.
- Док, вам пациент! Куда его положить? – вероятно, их внешний облик говорил врачу немного больше, чем было на самом деле. Оба взмокшие, перепачканные различными выделениями и кровью. Парень без сознания, Теодор весьма помят и растрепан, с кровавыми подтеками у носа. Будто они сейчас побывали на поле сражения, а не в конюшне с поджарым жеребцом. И если Теодор был в относительном порядке, то конюху нужна была срочная медицинская помощь. Судя по всему, Эклипс повредил юношу достаточно сильно, т.к. кровь так и не переставала сочиться из анального отверстия молодого человека с момента как, конский член покинул его узкий вход.

Отредактировано Теодор Ливенталь (2009-11-07 14:40:15)

5

Тренажерный зал-----

Сказать, что они долго добирались до кабинета врача - это не сказать ничего. Антонио уже несколько раз похоронил беднягу. которого они перли на верхний этаж. Но надо отметить. что молодой человек вел себя героически и мало того. что не жаловался на свое здоровье, он еще и пытался поспорить с Антонио. что еще его переживет. Это вызывало улыбку на лице испанца. Естественно спорить он не хотел и не собирался.
С грехом пополам они все таки добрались до кабинета. Убранство не отличалось роскошью.
-Мда... Это мне виделось как-то иначе... - отметил Антонио.
Он сел в угол. смотря за тем как врач оказывает больному первую помощь. Музыкант не разбирался в медицине и не собирался в нее лезть. предоставляя все профессионалам. он уважал людей за их знания. и когда видел профессионализм. просто мог порадоваться. что подобное еще есть на планете.
Значит. мы еще пока не вымираем...
В этот момент дверь приемной открылась и в помещение вошел мужчина. держа на руках истекающего кровью мальчика. То. что он истекал кровью можно было понять уже по дорожке. что оставалась за ними. Оба молодых человека были явно не первой свежести. Антонио встал, подходя к мужчине и беря пацана на ки. Тащить на себе тушку и так не сахар. а уж бездыханную точно. Непонятно почему. но человек без сознания начинал весить больше... Или может быть это внушение. Как только Антонио взял парня на руки. кровь продолжила течь. Значит ранен был мальчик. А судя по тому, что она текла из-под него...
-Что Вы с ним сделали?! - в ужасе спросил Антонио, кладя мальчика на стол. Антонио с ужасом смотрел на холодного мужчину. без особый признаков каких-либо эмоций. то на Региса.
-Ты что с ним сделал? - злость и шок закипали в крови испанца.

6

>>>Псарни и конюшни
Возможно, что нахождение молодого человека в бессознательном состоянии было просто подарком небес. Ведь будь он в сознании, то ощущал бы всю боль после этого насилия, да и шок, страх, агрессия не давали бы никому прикоснуться к нему. Это вполне адекватная и нормальная реакция человека, который пережил что-то подобное. Рассудок ещё не так здрав, а ощущения недавнего прошлого мешали бы мысль здраво и начать доверять тем, кто хочет тебе помочь. Поэтому пока он пребывал в себе, в своих снах, его можно было трогать, осматривать. Андрэ пока не отреагирует. Находясь где-то глубоко в своём сознании, конюх видел сны, видел прошлое. Сны о прошлом.
Моменты, когда блондин решил жить самостоятельно, быть независимым. Он свято верил, что сможет и один пробиться в люди. Многие начинают с низов, если не повезло с финансами и связями в семье. Не то, чтобы парень не любил свою семье, нет, напротив. Они очень добродушные и порядочные люди, пусть даже и новый муж матери не его отец. Но ведь тот старался понравиться мальчику, старался помочь ему. Правда никогда не навязывал юному Андрэ ту мысль, что он его отец. А зачем это ребёнку. Тем более к этим годам молодой Ребле знал, что происходит вокруг него. Но свобода и независимость молодому человеку оказались предпочтительнее.
Картинка за картинкой из его воспоминаний всплывает в памяти. Вот его уход из дома, его собственная квартирка в обычном жилом районе. Первые работы в клубах, кафе, где он вполне справляется с работой официанта. Встреча с кузеном, который рассказывает об интересном месте. И вот приход в это поместье. День за днём он спокойно, без происшествий работает в этом месте, которое лучше всего назвать дорогим борделем. Последняя картина в голове. Незнакомый брюнет. Андрэ не слышит его фраз, удар, потеря сознания. И пробел. Страх вспомнить то, что было с ним дальше. Даже энергичному и безмятежному парню страшно и больно. Всё тело болело, как изнутри, так и снаружи. Да уж. Когда он питался не ахти как, но всё же жил спокойной серой жизнью. Попав сюда, он чуть было не лишился жизни. Или всё ещё впереди? Выкарабкается ли он из этого состояния? Одному богу известно.
С губ сорвался мучительный, тихий и хрипловатый стон. Белёсые брови сдвинулись к середине, пальцы руки дрогнули. Внутри всё охватывало холодом и ужасом. Губы беззвучно что-то прошептали, голос так ещё и не вернулся, впрочем как и сознание. Скорее бессознательный бред.

7

Все вроде шло тихо и спокойно. Регис глянул на часы, засекая стандартные пять минут, после которых, если состояние не улучшиться, нужно было дать еще одну таблетку нитроглицерина, а потом уже начинать думать, везти пациента в больницу, или так обойдется. Он уже активно жалел, о том, что до сих пор не сподобился пойти к мсье Герману и сделать запрос на нормальное человеческое оборудование, а не только то, что может пригодиться для первой медицинской помощи.
Вдруг случилось то, от чего доктор чуть не выронил шприц, который собирался выкинуть. Дверь распахнулась и ввалились двое. С первого взгляда показалось, что пострадали оба, и только после того, как Антонио положил молодого человека на одну из свободных кушеток, врач понял, что все не так просто, как кажется. Мальчишке как будто кабачок в анальное отверстие запихивали.
Господи, что за ужас?!
Регис бегло осмотрел юношу. Без хирургического вмешательства, при чем срочного, не обойтись. Иначе тот умрет. А затем, к Каде начало приходить понимание, что это далеко не невольник. Всех своих пациентов он знал хорошо, неоднократно бывали. На клиента светловолосый тоже не походил.
Значит... Как я... Слуга.
Весь ужас произошедшего дошел не только до Региса, но и до Антонио, что не могло не радовать. Еще не все в этом дурдоме развлекались тем, что насиловали, убивали и издевались над другими.
- Черт бы вас побрал гребаных извращенцев! - взорвался обычно спокойный врач, резко вставая с кушетки и направляясь к перепачканному мужчине. Только подойдя достаточно близко он разобрал, что тот был не только в крови, но еще и в экскрементах и сперме. Это было отвратительно. Но терпеть больше Каде не мог. - Ты его чуть не угробил! Ты понимаешь?!
Судя по внешнему виду мужчины, тот не понимал. Мало того, судя по всему, был доволен тем, что сотворил. Нервы кончились. Терпение тоже.
- Ты будешь в аду гореть, - холодно произнес мужчина, крепко сжимая кулак. А дальше все произошло на автомате, он практически перестал себя контролировать. Даже отвращение отступило куда-то на второй план. Регис нанес удар в скулу извращенца. И срать он хотел, что за это его могли вышвырнуть к чертовой матери с работы.
- Таких как ты надо на кострах сжигать или кастрировать еще при рождении, чтобы потомства не давали.
Регис сплюнул, резко развернулся на каблуках и твердо вернулся к кушетке с мальчиком. Его нужно было спасать.
Черт, ни анестезиологов, ни операционной, ничего! Так. Спокойно. Спасем. Хотя бы местный наркоз и смыть все это, а дальше по обстоятельствам.
- Не волнуйся, вытащим, - мягко проговорил врач, проведя рукой по спутанным светлым волосам.

8

Тихий голос Каде во время конвоирования по коридорам и правда отвлёк. Скиннер смог даже повернуться, аккуратно снять руки доктора с рукояток инвалидного кресла, мягко улыбнувшись «сомику во влагалище», и вновь сесть прямо, включив электромотор коляски.
По прибытии в медкабинет, на взгляд бывалого больного бедноватый, Рэю опять изрядно поплохело. Не столько физически, сколько от тоски. Вот, сходил, называется, за хлебушком, - думает отрезанная голова, катясь по мостовой, - вспомнилась фраза из анекдота. Ни дня без милосердной помощи медицины! – с превеликим отвращением к себе подумал бывший штурман, - В какую развалину я превратился!..
- Простите за беспокойство, - попросил он спину доктора, рывшегося в шкафчике. – Не знаю, как так получилось… Вроде не делал ничего сверх обычных…  предписанных упражнений…     
Послушно сказал «А», когда врач попросил, послушно подождал, пока крупинка нитроглицерина растворится под языком, - ругаясь при этом внутренне, на чём свет стоит. - С собой его надо носить, кретин! Если вся семья - сердечники, мог бы такую простую истину усвоить – нитроглицерин должен всегда лежать в кармане.
При виде шприца и иглы в невозмутимом лице Скиннера, тем не менее, явно прибавилось зелени, зрачки расширились, а в глазах, напротив – потемнело. Однако удалось с собой справиться и не заблеять испуганным козликом: «А может, не надо до-о-октор?..». Тип в чёрном наблюдал. Позориться не хотелось.
Следующие пять минут прошли под кратким, но выразительным девизом «Ждём-с…» Потом дверь отворилась, ввалились двое, и начался форменный дурдом. Что светловолосый парнишка очень плох, было видно с первого взгляда. Вопросительные вопли испанца носили, скорее, риторический характер. Догадаться, что здесь могли сделать с мальчишкой, было не так уж сложно. Крови и дерьма штурман в госпиталях насмотрелся, да и сам в них навалялся, поэтому вонь и вид пострадавшего его не смутили. Он только постарался занимать как можно меньше места, понимая, что сейчас медику станет уж точно не до его дурацких болячек. Скиннер  вообще потихоньку слинял бы, но столпотворение загородило ему выход.
Поступок доктора, заехавшего кулаком в поганую харю извращенца, Скиннер  всецело одобрил. Мог бы – сам бы встал и добавил. В ад, где жарят грешников, штурман не верил, и считал, что наказывать их нужно здесь, на земле, и желательно – не откладывая. Но встать и привести в исполнение приговор, который Эд обозначал словосочетанием «оторвать что-нибудь нужное и не очень», Рэй не мог. Так что пришлось сидеть тихо и руководствоваться принципом «если не можешь помочь, хотя бы не мешай».

9

К счастью Теодора вскоре освободили от непосильной ноши. Молодой человек принял тело конюха и положил на одну из кушеток, стоящих за ширмой. Почти сразу же последовал вопрос, который был вполне ожидаем, но в некоторых ситуациях мог быть совершенно неуместным.
Вот люди! Всегда делают поспешные выводы о том, чего на самом деле не знают. Может быть я не виновник, а спаситель. Может быть всего лишь соучастник. Ведь никому и в голову не придет, что малец мог сам с собой это сделать!
Теодор неодобрительно покачал головой, но, разумеется, отвечать на вопрос не стал. В этом доме был только один человек, перед которым он мог бы держать ответ, и то был отнюдь не докторишка и его возможно помощник или друг. Теодор просто хотел уйти. Он даже сделал шаг назад, но был остановлен свирепым возгласом доктора, который в один момент уронил свое лицо и растоптал свой профессионализм, если таковой вообще имелся. Мужчина был вне себя от злости и ненависти, которая опрокинулась на Ливенталя как чан с холодной водой. Его лицо менялось. От холодной усталости и капли соучастия, эмоции медленно перетекали в гнев. С Ливенталем никто так не смел разговаривать. Никому даже в голову не приходило упрекнуть его в чем либо, опротестовать его правоту. А сейчас какой-то жалкий докторишка, который явно не старался, чтобы поднять себя в глазах окружающих и оборудовать себе нормальный кабинет, твердит ему, Теодору Ливенталю, о том какой же он грязный ублюдок
- Попридержи язычок, детка, пока не прикусил! – Тед не собирался драться с врачом, он вообще не собирался ни с кем выяснять отношения и обсуждать собственное поведение. Он мог бросить парня подыхать в конюшнях, но все же он принес его сюда. Все эти громкие слова. Упаси господи! Теодор прекрасно знал тот факт, что в каждом человеке сидит свой извращенец, готовый показаться при каждом удобном моменте. Сейчас он был исчадием ада среди из того белого ангельского народца. Но позвольте? Какого ж черта вы все здесь делаете???
Теодор действительно был доволен тем, что совершился. Но он прекрасно понимал, что своими действиями подвел молодого человека практически к гробовой доске. Он хотел еще что-то добавить, но тут случилось непредвиденное. Врач, повинуясь своему гневу, повел себя так, как Тед мог ожидать меньше всего. Он его ударил. С силой, в которую вложил всю свою ненависть и боль, которая копилась в нем все то время что он провел в Вертепе. Удар был такой, что Теодора мотнуло в сторону и он чуть не упал на кафельный пол. Он схватился рукой за горящую скулу и развернувшись пристально взглянул на врача. Гнев ворочался под кожей, будто раскаленные угли. Теодор не мог простить такой фамильярности, но не ответил на удар исключительно исходя из принципа – не уподобляться черни.
- Интересно, мсье де Виль будет рад услышать, что ты думаешь об этом месте и о нем в частности? – сквозь зубы прошипел Теодор, пожирая глазами силуэт новоиспеченного врага – Делай свою работу именно за это тебе платят. Научись манерам, если хочешь долго жить! – больше Теодор не собирался разглагольствовать со столь вспыльчивым врачом. Пожалуй, с этого дня медик подписал себе смертный приговор. Заведение было не вполне законным, а посему, с такими настроениями, выпустить человека за пределы замка просто не могли. Разумеется, Теодор при встрече с Германом расскажет ему о том, насколько же прыток местный врач.
Развернувшись на каблуках, Тед вышел в коридор и закрыл за собой дверь. Секунду постояв, он двинулся к лестнице, ведущей на третий этаж.

10

Злость закипала Антонио. Он едва мог удержать себя в руках, как ни старался. Врач оказался менее сдержанным и уже удар достался клиенту.
-Таких как ты нужно сразу яиц лишать. - Антонио уже было направился навстречу мужчине исполнить сказанное. но тот с удивительным спокойствием вышел из кабинета. бросив несколько фраз. еще больше взбесившие испанца.Антонио уже почти дошел до незнакомца. но тут просто вышел из кабинета. Подобного поступка музыкант не предполагал. что ввело его в ступор. Остановившись ненадолго, Антонио перевел глаза на оставшихся мужчин. затем резко рванул дверь. Конечно же в коридоре уже никого не было.
Встретимся, убью! - пообещал со злостью Антонио.
Зайдя внутрь, он скинул испачканный камзол и подошел к врачу, оставаясь в нескольких метрах. Он предпочитал не изображать из себя светилу, не лезть с глупейшими советами и вопросами. Он лишь посмотрел на все происходящее и отошел к ожившему мужчине, открывая окно и закуривая.
Своеобразный вечер...
Повернувшись к незнакомцу. Антонио во-первых решил представиться. Протянув руку, он чуть улыбнулся.
-Антонио Бельвидери

11

Яркий свет помещения заставлял блондина чуть хмуриться, жмуря и так закрытые глаза. Он уже отдалённо слышал обрывки фраз. Голоса были разными. Парень отчётливо различил голос насильника, но словно не разбирал слов, хотя пытался сосредоточить сознание на этих голосах. В какое-то мгновение ему почему-то показалось, что он уже умер. Но одно ему мешало быть уверенным в этом. Это прохлада и боль по всему телу. Вспомнив о боли, конюх тут же ощутил её, застонав и чуть скрючившись на спине. Повернув лицо на бок, приоткрыл бледные губы, стараясь выдавить из себя хоть слово. Попытка, которая длилась, наверное, больше одной минуты, дала слабый плод. Потому что вскоре блондин смог выдавить из себя хриплое, слабое и жалкое подобие голоса.
-Не..при..касайтесь..
Стиснув зубы и кое-как, наверное, из последних сил сжав руки в кулаки, молодой человек начал постепенно приходить в себя, что не особо было радостным, наверное, и для работы доктора. Шевелиться у него не было сил, но руки упёрто старалась приподняться, чтобы оттолкнуть от себя любого, кто попробует его тронуть.
Где я? Всё болит до жути..горло так разрывает, что с трудом могу что-либо выдавить из себя. Боже..легче сдохнуть.
-Боль..- договорить не получилось, начав с болью дикой в горле кашлять.
Успев пожалеть, что рот раскрыл, постарался как-то унять кашель, то задерживая дыхание, то как рыба раскрывая рот периодически. Чувствовал себя конюх хуже некуда. Благо его паника и буря прилагающихся к ней эмоций мешали ему осознавать ещё и то, что он сейчас голый, да и ещё и в таком ужасном виде, воняя небось на весь кабинет. Яркий свет мешал ему приоткрыть глаза, правда он и сам не желал этого по ряду каких-то причин. Каждое прикосновение к нему отзывалось мелкой дрожью, на лице проявлялось явное недовольство и тело тут же сжималось в какую-то гармошку от напряжения.

12

Пока продолжался парад-алле с воплями и мордобоем, таблетка вкупе с уколом тихонько сидевшему Восьмому очень даже помогли - удушье отступило, и резкая слабость прошла. Зато вернулись интерес к жизни и холодная ясная ненависть к мучителям всех мастей, рангов и размеров.   
Слова и особенно взгляд побитого гада на вспылившего доктора Скиннеру очень не понравились. Такие взгляды, как правило, означают весьма крупные неприятности в будущем. Пожалуй, врач только что нажил себе смертельного врага... если не ещё чего похуже. Самому господину Каде, заботливо склонившемуся над искалеченным мальчишкой, стало сейчас не до того, но оклемавшийся литератор заметил и вчерне обдумал наиразличнейшие варианты грозящих доктору напастей. Работа у Рэя всегда заключалась именно в этом - всё замечать и быстро обдумывать. А надо сказать, фантазия у Восьмого была такой же, как он сам сейчас - богатой и больной. Даже в те благословенные времена, когда Рэй был здоровым и бедным, как церковная мышь.
Если же сравнивать с кем-то выскочившего следом за побитым извращенцем в коридор испанца, то аналогия напрашивалась одна - ни дать, ни взять разъярённый чёрный бык, вылетающий на арену.
Вернётся, не вернётся? - гадал бывший штурман первые пять секунд, пока взгляд невольно не задержался на пробормотавшем что-то парнишке.
Скиннер ошибся в предположениях - испанский Эль-Торо вернулся. Влетел назад так же стремительно, как выбежал из кабинета, скинул измазанный камзол, недолго постоял возле хлопотавшего доктора, потом метнулся к окну, распахнул его, нервно закуривая. Ещё бы. Непривычного к насилию человека ещё и стошнило бы.     
- Приятно, сеньор Бельведери, - вполголоса отозвался бывший штурман, пожимая протянутую руку, - Моё имя - Рэймонд. Рэймонд Скиннер. И... Вы бы не курили. Какой-никакой, а всё же лазарет.
Замечание было сделано очень мягко и доброжелательно, Рэй легонько улыбнулся пронзительно-голубым глазам испанца.

Отредактировано Буси (2009-11-08 14:59:35)

13

>>>Откуда-то

Выйдя из комнаты «престарелого голубка», Ренье какое-то время просто мотался по коридорам. Возвращаться в комнату Бальтазара… Не то, чтобы не хотелось, просто было неловко. Да и поразмышлять лучше было в одиночестве. В последнее время произошло слишком много странностей для этого места, ненавистный, но ставший уже привычным, уклад рушился, как каменная стена, под которую ведет подкоп. Не могло ли это новое стать началом… Чего?
-Ой, Рауль… - Налетевший на «вампира» паренек отскочил в сторону. – Прости. Я тебя не заметил.
-Ага… У тебя постоянная манера не замечать и натыкаться на кого-то, Морис. – Ренье усмехнулся, впрочем, ни капли не обиженный.  – И ты снова натыкаешься именно на меня. Странно, не находишь? Или как раз для того, чтобы попросить что-то опять за тебя сделать?
-Нет, ну что ты? –Пацан смутился. Затем посмотрел на Ренье. – А... ту посылку ты доставил, да?
-Нет, оставил себе. – В голосе Рауля послышалась легкая насмешка.
Морис тоже рассмеялся. Затем потер затылок. – Слышал? Сегодня какому-то парню в тренажерном зале худо сделалось. Хорошо хоть новый врач появился, того типа сразу отволокли в кабинет. Вроде из гостей.
Рауль почувствовал, как в груди стукнуло что-то… тревожное и тяжелое. В тренажерном плохо… Да ну, бред… Мало ли кому там могло плохо сделаться? А если все же… Проверить все же не мешает. Хотя бы для того, чтобы убедиться, что это не писатель. Рауль, да какого беса, а?
Впрочем, пока он спорил сам с собой, доказывая себе, что творит глупости, ноги уже сами несли его по направлению к кабинету врача. Ренье чуть не столкнулся с выбравшимся оттуда явно агрессивно настроенным мужчиной. Потерев ушибленное плечо и буркнув «Извините, мсье», он проскользнул в сам кабинет. Представшая глазам картина глаз не радовала ну совсем. Мало того, что в кабинете все же оказался именно Скиннер, но еще на кушетке лежал какой-то парень. Кушетка под ним промокла от крови. Опять? Снова кого-то… Рауль судорожно перевел дыхание. Ему не впервой было видеть «разукрашенных» подобным образом своих «коллег», но каждый раз парня словно обдавало ледяной водой и сердце сжималось до острой боли. Рауль стянул с лица маску вампира, сумрачно глядя на парня.
-Ублюдки. – Глухо и зло.

Отредактировано Рауль Ренье (2009-11-08 20:49:56)

14

Регис проигнорировал уход насильника. Он не боялся его. Вообще ни капли. Пустых и не пустых угроз он в свое время наслушался изрядно. Корить себя за то что сделал, он тоже не собирался. В конце концов, это было далеко не все, что он бы сделал с этим ублюдком только за то, что сотворили с мальчиком. А судя по его стонам, несложно было догадаться, что пострадало не только тело, но и разум юноши. Возможно, спустя какое-то время отпустит, но сейчас нужно было, чтобы тот не дергался.
- Антонио, - коротко бросил врач. - Курить вредно. Принеси мне теплой воды и марлевых салфеток побольше. Они в том шкафу. Надо с него всю эту грязь смыть, еще не хватало нам заражения.
Если оно еще не наступило. Что в тебя запихивали, малыш?
Мимолетно, Регис бросил взгляд на часы. Как раз прошло отведенных пять минут, а нужно было следить и за состоянием пациента с сердечным приступом.
- Как вы себя чувствуете, мсье Скиннер? - спросил Регис, не отрываясь от исследования окровавленного тела юноши. - Если все так же - не врите. Еще мне не хватало, чтобы и вам пришлось параллельно делать шунтирование.
А в кабинете все прибавлялось и прибавлялось людей. Короткий комментарий Регис проигнорировал, так и не поняв до конца к кому тот относился.
- Если вы пришли просто понаблюдать, то покиньте помещение. Если хотите помочь, скиньте все с моего рабочего стола, и постелите на него чистую простыню.
Будем оперировать в полевых условиях с неумелыми помощниками.

15

Мальчик явно периодически приходил в себя. Наверное это было хорошим знаком. но для мальчишки явно это не было улучшением. По крайней мере боль он явно начинал чувствовать острее... Антонио тихо поклялся. что не оставит это без ответа. Да. это не его дело и заступаться за работников здесь он не собирался. права не имел. но это уже перебор...
Сам извращенец, видел извращенцев, но ТАКИХ?!
Послушав мнение сидящего сеньора, Антонио выкинул сигарету в окно выдохнув туда же остаток дыма из легких, поворачиваясь спиной к окну. Рубашка застегивалась лишь на пару нижних пуговиц, остальные были просто напросто оторваны и покоились сейчас среди картин и скульптур, где и обнаружили эстетичную парочку... Да, думать об одежде сейчас не приходилось и Антонио не комплексовал по поводу своей внешности.н о момент позировать и сверкать торсом явно был не тот...
В этот момент дверь открылась и в кобинет вошел еще один парень.
Девушек здесь видимо из принципа нет...
Антонио смог лишь жестом поздороваться. Парень подошел к пострадавшему блондину, изрекая весьма оригинальную реакцию.
- Курить вредно. Принеси мне теплой воды и марлевых салфеток побольше. Они в том шкафу. Надо с него всю эту грязь смыть, еще не хватало нам заражения.
-Есть. сэр... - без полных эмоций. но с долей неуместного сарказма Антонио направился к назначенному месту, извлекая все необходимое и стараясь не испачкать ничего. Как никак и на нем была кровь мальчика, не говоря уже и о весьма пахучих неприятных пятнах, что остались на нем от несчастного.
Достав все и положив рядом с врачом, Антонио приготовился к следующему заданию. Видимо кроме Региса из медперсонала здесь не было больше никого...
Что ж... Нам не привыкать... Чем мы только в своей жизни не занимались... - тихо похихикал про себя Антонио, переводя взгляд на только что вошедшего.

16

Приподнявшись на кушетке, Рэй разогнул руку, не давая тампону упасть с локтевого сгиба, промокнул место укола, поморщился слегка. Огляделся в поисках урны, куда можно выкинуть ненужную уже ватку. Не увидел такового мусоросборника со своего места, и чтобы не свинячить в кабинете, сунул тампон в карман брюк, к пузырьку с таблетками. Вот так... Я всё-таки лекарства с собой ношу, - с изрядным опозданием пронеслась оправдательная мыслишка, - не нитроглицерин, правда...         
Доктор возился с истерзанным мальчишкой, свернувшимся на соседней кушетке на креветочный манер. Мучается, бедолага, - каждый стон по-живому резал Рэю слух и память. Слишком знакомо было зрелище чужих страданий.   
- Мне лучше, доктор, спасибо, - отозвался Восьмой на вопрос Каде, усмехнувшись про себя уточняющему «не врите». - Честное слово, намного лучше. Обо мне не волнуйтесь.       
Медкабинет в это время суток явно претендовал на то, чтобы стать самым людным помещением замка, что было с его стороны весьма недальновидно при столь скромных размерах. Теперь сюда зачем-то явился вампир. Не иначе как на запах крови, - подумал Скиннер, осторожно поднимаясь на локтях, садясь и оборачиваясь к вошедшему. Тот как раз стянул маску, бормотнув крепкое словцо. Бывший штурман чуть не охнул поражённо. Рауль?.. Ну молодчина, костюмы меняет, как перчатки... Он-то тут как?   
Вот примерно это Рэй и выразил удивлённым взглядом и вопросительным кивком. Вид у нечаянного "подопечного" был самый что ни на есть обеспокоенный, и Восьмой постарался взглядом же и другим кивком показать, что хотя бы за него тревожиться не стоит, он в порядке. Потом приложил палец к губам, показав глазами на Региса, тихо, мол, мы мешаем доктору. Начал было следующую пантомиму: ткнул себя указательным пальцем в грудь, изобразил двумя пальцами переступающие ноги и показал подбородком на дверь, вопросительно подняв брови – типа, не свалить ли нам отсюда, чтобы зря у занятых людей под ногами не болтаться? Но ответа Ренье получить не успел: доктор Каде столь недвусмысленно отдал приказ вновьприбывшему, что штурман в момент сообразил, что «покидать помещение» им с Раулем сейчас нежелательно. Судя по массированным приготовлениям, предстояла настоящая операция и Рэй застыдился того, что придётся отвлекать на себя внимание. Ладно. Я себе тихонечко лежу и никому не мешаю, - решил штурман.

Отредактировано Буси (2009-11-09 15:21:00)

17

- Если вы пришли просто понаблюдать, то покиньте помещение. Если хотите помочь, скиньте все с моего рабочего стола, и постелите на него чистую простыню.
Ого… а новый врач, видно, тип толковый. И явно не из этих тварей, что творят, что им в голову взбредет.  Помочь парню сможет, это точно, на все сто. Мысленное одобрение врачу скользнуло в сознании быстро, а Рауль  уже торопливо выполнял указания.  Только один раз бросил долгий пристальный взгляд на Скиннера, чтобы убедиться, что с мужчиной все в порядке.  И кивнул в ответ на удивленный взгляд. Да, кажется, все объяснения стоит отложить на потом. И что с ним произошло? Ладно, и это мы выясним потом. 
Какие-то книги, медицинские журналы, папки, пенал с ручками, какие-то склянки – все это торопливо, но осторожно переместилось на подоконник комнаты. И вскоре стол был свободен для того, чтобы на него положили блондина.  На находящегося в комнате третьего мужчину парень просто не обращал внимания, хотя был отчего-то уверен, что  кошмар с блондином сотворил не он. 
Управившись с разборкой стола, Рауль подошел к кушетке, глядя на блондина. Губы Ренье были сжаты до такой степени, что даже побелели. Пострадавший, кажется, был несколько старше самого Рауля.  Или новичок или просто «попал под горячую руку» кому-то из развратных ублюдков. Господи, да что же с ним такое сотворили-то? Несмотря на то, что повидал Рауль за свою жизнь тут немало, но зрелище, представавшее его глазам сейчас,  было поистине ужасающим.

Отредактировано Рауль Ренье (2009-11-09 18:54:22)

18

откуда-то, где не палят ===)

Еще на хватало ходить на этот трижды гребаный маскарад, ха-ха. Санденс и так без особого восторга принял тот факт, что в этой шарашке надо одеваться, как фон-барон. Нет уж, по собственному желанию он на себя все эти клоунские шмотки ни за что надевать не станет. Зато, пока все заняты, можно спокойно заложить за воротник в тихом уголке. Впрочем, рабочего графика никто не отменял, поэтому Кесседи все же не стал напиваться в хлам. Он знал свою меру, и выпил ровно столько, чтобы глаз оставался верным, и руки не дрожали.
И, как оказалось, не зря он был столь предусмотрителен. Санденс заглянул в кабинет вообще-то чисто для проформы, потому что знал, что главврач свалил на бал. Но нет - оказалось, там наоборот, чуть ли не вавилонское столпотворение. Кесседи успел ухватить последние обрывки фраз и разглядеть виновника всеобщей суматохи, такого раскуроченного, что если честно, его и трогать не особо хотелось. Но придется, явно придется.
-Так, Регис, хватит играть в медфетиш с посетителями, ты тут для другого. - Санденс криво усмехнулся, - меня тебя вполне хватит. Уважаемые господа, - кивок в сторону  мужчин-клиентов, - вам действительно лучше уйти.
Сказв нужные слова, Кесседи быстро снял пиджак, достал из шкафа докторский халат и тщательно вымыл руки мылом, до локтя. После чего, так сказать, принял у своего начальника пост около стола.
-настоятельно рекомендую и тебе помыть ручки. Я его подготовлю. *баный насос, а чем его вы*бли? Огнетушителем?
Ехидные комментарии не мешали Кесседи освобождать стол и подготавливать все необходимое. Чертовы лягушатники-скупердяи, даже операционной у них нет!

Отредактировано Санденс Кесседи (2009-11-09 19:38:00)

19

Регис стер с парнишки почти всю грязь. Пока все шло по плану. "Операционный стол" подготовили, мальчишка в сознание так и не пришел, никто не мешался, все делали то, что им говорили. Мужчина уже собрался отдать команду перетащить конюха на стол, как дверь отворилась и ввалился тот, кого Каде уже давно ждал.
- А ты будешь следить за жизнеобеспечением, подавать мне и себе инструмент и молиться Деве Марии о его здравии? - огрызнулся врач.
Специалист из Кессиди был неплохой, зато человек отвратный. Даром что обычный фельдшер, любил распинаться так, как будто он заведующий отделением частной элитной клиники.
- Если ты не хочешь, чтобы он умер прямо здесь, лучше помолчи и делай свое дело, а командовать позволь мне.
Регис подошел к раковине, засучил кружевные рукава до локтя, в очередной раз проклянув маскарад и весь Вертеп вместе взятый, и тщательно, как привык, вымыл руки.
Хочу в отпуск, - пронеслась в голове мысль. Но Регис отлично понимал, что этому не суждено случиться. По крайней мере, в ближайшие лет дцать точно. Отсюда его никто так просто не выпустит, особенно, после того, как он дал в рожу клиенту. Но с этими проблемами он будет разбираться потом, когда мальчик будет в относительной безопасности. А сейчас...
- Антонио, мсье... Эм... - Регис нахмурился, пытаясь вспомнить, как зовут нового посетителя, но так и не смог. - Перенесите мальчика на стол и вымойте руки. Будете помогать. А ты Санденс, будешь ассистировать. И без возражений.

20

А ведь мы, пожалуй, ровесники, - подумал Восьмой, поглядывая на деловито хлопочущего врача. Смотреть на него было одно удовольствие, безотносительно к кровавости и грязи предстоящего дела. Хорошо сделанную работу бывший штурман любил, а доктор управлялся с парнишкой так ловко, что это даже казалось красивым. И что особенно важно, позволяло отвлечься от того, что самому Рэю в этом помещении было, мягко говоря, очень неуютно. От этого резкого света и белого кафеля пробудились и заёрзали самые неприятные воспоминания и самые крупные страхи.       
Появление фельдшера, по-хозяйски облачившегося в халат и лихо так, с шуточками-прибауточками и матерком шуганувшего добровольных помощников, Скиннера откровенно обрадовало. Сердце бывшего штурмана чувствовало – ассистентами Рауль и Бельвидери станут никудышными.  К сожалению, хороший человек – это ещё не профессия, а желания помочь страдающему ближнему порой мало, ежели не знаешь, а главное – не умеешь, как.
Вообще-то, сильнее всего Скиннеру хотелось отсюда удрать, но коли Ренье уйти не дали, Восьмой тоже не счёл возможным лежать без дела колодой. Он снова поймал взгляд Рауля и показал на коляску, поманив её согнутой пару раз ладонью - подведи. Влез в неё, и только тогда окликнул Каде:         
- Доктор, простите, а мне-то что делать? Вроде как и нечего.
- Можете молиться деве Марии о судьбе бедного мальчика, - с мимолётной улыбкой бросил врач.
- Да уж... – хмыкнул атеист-штурман, - я намолюсь... А нельзя чем-нибудь более... реалистичным помочь?   
- М-м-м... – Каде задумался, - более реалистичным...
- Может, за приборами какими последить? – подсказал идейку Скиннер, осматривая кабинет.   
- Вы ведь разбираетесь в кардиооборудовании? – врач взглянул на него внимательно – Ну, в смысле, когда все хорошо, а когда нет?
- Ну... должен, -
не совсем уверенно поскрёб в затылке Рэй, выдавая этим жестом всех своих русских предков.
- Вот и будете заменять медсестру, которая за этим должна смотреть, - решил Регис.
- Хорошо, - кивнул Рэймонд, подъехав к приборам и разглядывая шкалы, - Только вы мне покажите на аппаратуре средние значения, и пороговые, за которыми уже тревогу бить надо и «караул» кричать.   


Вы здесь » Архив игры "Вертеп" » Архив » Комната Региса Каде/Кабинет врача