Архив игры "Вертеп"

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Архив игры "Вертеп" » Архив » "Игры разума"


"Игры разума"

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

В который раз пуская время вспять,
Я изучаю спектр твоих реакций -
И, не прощаясь, в тьму реанимаций
Ныряю ощущенья оживлять.

... И тьма, и гул. Полупустой перрон,
Где тот, кого теперь с тобою нету
Читаю по губам твои секреты, -
Но поезд, что ползет из-за колонн
                                                   ....Неотвратим.

2

Он появлялся постепенно, будто настраиваешь изображение в старых телевизорах, мелькал в сознании и никак не мог сформироваться. А затем просто влился окончательно, опутывая тонкими сетями, невидимыми иглами забираясь в самые удаленные частицы сознания, нанизывая их на себя, подпитываясь ими. Сон. Говорят, что сон без сновидений - это самое приближенное к Богу состояние. Бог есть Абсолютное Ничто, Пустота...блаженная пустота, символизирующая счастье. Сон без сновидений и есть Пустота, и люди счастливы ночью...и "умирают", открывая глаза. Однако...здесь не будет такого Сна, видимо Бог не пожелал приближать Его к себе. Разум - сложная штука, раз может заставить поверить в нереальность.
С потолка капает вода, звуки разбивающихся о плитки капель - единственные звуки, слышные здесь. Вода темная, проржавевшая и ядовитая. Каждый удар капли напоминает томный вздох, звонкий, состоящий из сотен более тонких голосов. Коридор окутывает тьма, не показывая ничего дальше двух шагов. Непроглядный черный туман, дым, отступающий по мере движения вперед. Здесь сыро и отчетливо пахнет ржавчиной, плесенью...густой, тяжелый воздух, не дающий вдохнуть полной грудью. Только сделаешь вдох и легкие наполнятся тяжестью, перетянутся и больше ты вздохнуть не сможешь. Плитки на полу и стенах потрескались от времени, потемнели от грязи. Быть может, в щелях уже завелись насекомые, рассекающие их, как лабиринты. Осколки совсем старых разбросаны по полу, вместе с кучей использованных шприцов разных размеров. Температура постепенно падает, кому знать почему, но в коридоре становится холоднее и холоднее. Примерно ноль градусов по Цельсию, когда только начинаешь выдыхать белые облачка. Здесь вроде никого нет, но кажется, что темное помещение дышит...дышит сипло и медленно, как старик присмерти, натужно и тяжело. "Дыхание" бьет по ушам, не относясь к обыкновенной категории звуков, оно просто сопровождает, пульсирует. Больные раком легких дышат так, весь этот Сон - прогнившая болезнь уже далеко не чистого разума. Огромная опухоль в мозгу, набухающая и чернеющая, пожирающая изнутри.
Клоака словно живая, совершает плавные движения, почти незаметные человеческому глазу. Весь коридор волнообразно движется, то удаляясь на многие километры, то спасительно приближая конец. И каждая трещина, каждое пятно грязи выглядят совершенно реально. Даже тараканы, трусливо пробегающие мимо, всё реально!
Сотня дверей, все под своим номером, некоторые из них сохранили на себе следы ногтей. Обшарпанные, исписанные отборным матом и признаниями в том, что драли в жопу президента. Кое-где на полу скомканные, посеревшие простыни...в темных пятнах, видимо, старая кровь. Засохшая, но уже не испускает приторно-металлический аромат.
Ему хватит времени осмотреться, ощутить себя неотъемлемой частью огромного червя, в утробе которого суждено было оказаться. И почувствовать холод, холод не такой, как на улице зимой...а пробирающий изнутри, леденящий душу, потом уже тело. И затем он услышит скрип, одна из дверей приоткрылась...Скрип впился в мозг неумелым движением смычка, издевкой вилки по тарелке. Дрожащий и ультравысокий по своей частоте. показался силуэт, все ещё скрываемый тьмой. Тонкие очертания, хрупкие...женщина. Мокрая? Что-то капает с неё, темное, кровь?

Отредактировано Тэо Ринальди (2009-11-05 01:57:17)

3

Если веки горячи, а пальцы холодны - это первый признак высокой температуры или безлунной ночи. Белые сны - признак лучевой болезни. Кислый привкус во рту, спазмы и сухие позывы внизу живота, аритмия - признак ломки.  Говорят, на луне живет песочный человечек, лицо его стянуто в роговой клюв, а в лунном кратере, в море спокойствия гнездо с выводком детенышей, он кормит их глазами, которые приносит с земли. с земли. с зем-ли.
... Он не помнил, сколько провел здесь, темные пятна на ткани - всего лишь плесень, бетонная крошка шуршит под подошвами, приехал то ли час назад, то ли неделю, смутная память: палисад, рябиновая алая кисть в окне, сделка, подписывали на твердой крышке дипломата, что в условиях сделки. Не  помню. Тонированные стекла "короллы", клиент курит. На заднем сидении ребенок в куртке-парке. Улыбается. В полусне. Губы бледные. Еще бы не улыбался. Метадон. Метадон по вене. Они уехали. Почему я остался? Не помню.
Еще восемнадцать шагов.
Что-то коснулось щеки.
Петля?
Нет. Хвост обесточенного провода.
Болтнулся в пустоте.
Он охлопал себя по бедрам. Да, зажигалка, в заднем кармане джинсов. Если я правильно помню, это третий этаж. Кожа на лице сухая и стянутая как гипс. Дом дышит. ПарОк над губами. Трещина в стене, указатель "анатомический корпус".
Декабрь?
Неуклюже поскальзывается на фанерном листе, падает на колено, матерясь, поднимается. Тусклый свет синеватого фонаря выхватывает пульверизаторную надпись: "Спид от бога, крутые педы". И намалеванный кривой пацифик.
Скрип двери. Сто лет не открывали. Женщина. Выжимает подол. Выкручивает жгутом. Это не кровь, это темная нефть, судя по медленным каплям. Или мазут. Или ничего. Бомжи... В таких развалинах всегда полно клошаров, вшивые подстилки, пластиковые бутылки, объедки, гнойные бинты... еще одна алкоголичка, их тут много, цыгане, сифилис, у цыган постоянно сифилис, они грязные, как нелегальные эмигранты, от них смердит, они понаехали, их надо убиватьубиватьубиватьмочитьтрахатьубиватьвговновмясо...
Он прижимается спиной к стене и, как алкоголик в завязке, отирает ледяной ладонью губы, аспириновая кислота на зубах. Бетонный шов сочится грунтовой водой. Колотый сахар фарфоровых электрических патронов семидесятых годов и метлахской банной плитки.

Отредактировано Луи Лувье (2009-11-05 03:13:42)

4

Женщина как-то тяжело дышала, сгорбившись и подрагивая. Она была очень тощей, только тронь - рассыпется...Но тут повернулась, услышав хряпанье крошки бетона под чьими-то ботинками. Постепенно силуэт показывался из тени, становилось видно, что будто поры её кожи источают черную густоватую жидкость...напоминает чернила или нефть, уродливыми кляксами заляпаны плитки у неё под ногами. Глухое ворчание сквозь черные зубы:
-Если бы я знала...если бы я только знала, то одела бы свое лучшее платье. Как можно, как можно перед гостями в таком виде... - Но разглядев пришедшего попристальнее, женщина расцвела и буквально кинулась к нему. Вдруг, её лицо из улыбчивого моментально превратилось в оскал. Хлесткая пощечина, черный след на розовой нежной щеке. И простервенелый голос:
- Кого ты собрался убивать-мочить-трахать, маленький мой поросеночек? - На Него смотрела мать. Спутавшиеся волосы, мокрое в разводах платье, бывшее когда-то белым, - Трахать здесь надо тебяяя.... - Её лицо снова благодушно засияло. Постаревшая и высохшая...Она вздохнула и принялась снова бормотать, не останавливаясь:
-Ты знаешь, что с меня течет, Мартин? Это моя красота...ты же помнишь какой красивой я была. А теперь...теперь я усыхаю с каждой минутой. Ну да ничего, ты скоро присоединишься ко мне.
Но тут за стенами, как под кожей, заползали змеи...или черви. Так быстро-быстро, только появляясь и тут же ускользая. Весь коридор превратился в живое копошение, личинки в трупе и то так яро не усердствовали. Множества голосов сливались в хаотичное перешептывание, можно уловить отдельные куски фраз:
Вы слышали? Слышали? Она сказала "Мартин"...он здесь, он здесь!
Мааартин, теперь мы сможем его поймать. Я хочу играть в прятки.
Нет-нет, лучше в салки!

Мать испуганно округлила глаза, озираясь по сторонам. Гул всё нарастал, смешанный с детским заливистым смехом...
-Мы должны уйти отсюда...я знаю, где Они нас не найдут. Тебя ждали, Мартин. - сморщенные пальцы цепко уцепились за край пиджака, вцепились бульдожьей хваткой. Эти дети преследовали его по пятам, и будут преследовать дальше. Обколотые наркотой, щедро забрызганные мочей и спермой...пахнущие медикаментами и грязным липким сексом.

5

Правила. Правила. никуда не бежать никогда не кричать. ничему не верить ни на что не надеяться ни о чем не просить. не называть имен.
Повелитель мух. Гнилая свиная голова на палке.
Темный отнорок с разбитыми ржавыми раковинами.  В проеме окна - яблоня, под ногами паданцы. Мне всегда было жаль тебя, я не виноват что теперь из тебя течет черное, я ходил к тебе в спальню просто послушать, дышишь ты или нет и ни за чем другим. Ты всегда говорила что старые люди могут умереть во сне, вот я и стерег ночами, чтобы ты не умерла, а потом просто устал и теперь счет закрыт.
Отойди от меня. Иди домой. Иди спать. Нет ни красоты,  ни болезней, при взгляде сверху, что парниковая роза, что раковая опухоль одинаково хороши. Тем наверху наплевать на нас.  Нам наплевать на них.
Он отшатывается от женщины. Она сплетена из прутьев, она полна пчел, улей критских пчел, без жал, август, горят торфяники, гниет на обочине сбитая машиной собака, пчелы жужжат над развороченным боком - белые плашки сломанных ребер.
Что-то касается щеки.
Провод?
Петля.
Он бежит.
Сначала медленно, медленно, как в масле по пояс, потом оскальзываясь, чиркая по штукатурке костяшками кулака, поворот на лестницу, сзади шепотки, смех, топот и крики счастливой школьной перемены, большой перемены, вечные червивые каникулы в гулких сквознячных коридорах. Писк резиновой игрушки под ногой. Лестница, перила сорваны.
И яблоки, сколько яблок под ногами. Никогда не беги, когда тебя гонят.
Так сказал повелитель мух.
В углу - урна полная окурков и литого грязного льда с прошлой зимы.
Короткие рваные квадраты света из оконных проемов.

6

Лестницы, лестницы, коридоры, лестницы. Услужливо изгибаются под ногами, ласкают бедро мимолетным прикосновением ржавого болта, торчащего из перил.
- Куда ты хоченшь попасть? - шепчут стены, передергиваясь пароксизмом школьного звонка.
- Да, да, наступи на меня... - томно выгибается ступенька под начищенными туфлями, - топчи, размазывай по мне собачье дерьмо, в которое ты наступил на предыдущей ступеньке. Ты же не бросишь... - надежда и доверие дрожат в запахе камфары и хлорки.
Толпа подростков, совсем еще мальчишек, ссыпается по лестнице мимо тебя, заставляя стены пойти мелкой дрожью. Отполированное копье, нож на бедре, прикрытом обрезью бахромы бывшей элитной формы. Один из них, босоногий и смуглый, улыбаясь широко, несет трость. Несет торжественно, преисполнясь значения происходящего. Машет тебе приветливо, прежде чем исчезнуть за очередным пролетом.
И снова лестницы, лестницы... Удушливый запах прелой листвы. На очередной площадке с выбитым окном валяется хирургически четко и ровно отрезанная рука. Крови нет. Только розовато-коричневая обрезь мышц, уже подернутая тлением. Неприятный запах. Золотистое соло сакса и тянет в окно паленым.
- Куда?
Из коридора в коридор пробегает безглазая собака, прихрамывая на левую переднюю лапу. Смотрит пристально кроваво гнойным месивом выжженых глазниц. Скалит клыки. Глухо взлаивает.
- Куда ты хочешь?
И пустота. Сквозняк гонит обрывки газет по кирпичным обломкам. Мигает, потрескивая, непристойно голая лампочка на искрящем проводе.

7

Он бежал, а целая волна детского смеха, различных липких частей тела подталкивали его...они пачкали костюм, оставляя черный мазутные пятна. Вонючие, источающий гнилостный запах былой свежести и молодости. Шепот доносился до ушей, впивался в самый мозг, как партнер шепчет "кончаю.." на ушко...с придыханием, почти нежностью:
-Прааавильно...правильно бежишь, Марти. Давай скорее, уже начинааается...быстрее же! - Тут неожиданно, перед его лицом распахнулась дверь, так же скрипуче ударившись о стену. Затем закрылась за ним, черным туманом подернулась, но продолжала проглядывать сквозь него спасительно. Но только не Судьба...за дверью будет ещё одна дверь, идентичная первой, за ней ещё одна...и ещё и ещё. Сотни, а то и тысячи дверей.
Взору предстал зал, всё происходило в замедленной сьемке. Зал выполнен в дереве, пахнет сеном и деревенским молоком. Солнечные лучики лениво перекатываются в воздухе, давая глазам полюбоваться на пыль, медленно плавающую в воздухе. Здесь чувствовался покой, даже уют...если, конечно, не смотреть назад. Но тут время вдруг пошло дальше, послышался гомон голосов. Это помещение...помещение Суда. 
-Всем встать, суд идет! - бой молотка о дощечку, женщина сидела во главе, как и положено судье - в черном одеянии. Вот только голова у неё вместо человеческой являлась собачьей. Та самая псина, с выжженным, гнойным воротиловом вместо глаз. В одной руке она держала весы, а в другой молоточек.
Присяжные, двенадцать детей, обнаженные и в ужасных побоях, встали...и все, как один, уставились лупоглазо на Него.
-Можете садиться... - когда все сели, собако-женщина продолжила, - Добрый день, Мартин. Я - Фемида, богиня правосудия. И я буду тебя судить. - дети продолжали таращиться, и взгляд какой-то пустой у них был, стеклянный. В нем отражался сам обвиняемый.
-Обвиняемый, вы признаете за собой следующие злодеяния: работорговля детьми, покупка наркотических веществ, пособничество с элитным борделем Вертеп...и, самое важное, Вы размазали дерьмо по моей любимой СТУПЕНЬКЕ!! - Собачья голова гавкнула и зарычала, но затем успокоилась.
Все дети одновременно широко открыли рты, словно от удивления, и хором проголосили, растягивая слово:
-Виииноооооооооооооооовен! - затем захлопнули зияющие черным космосом рты. Тут рядом с одним безруким мальчиком появилась рука, пальчиком ткнула в предплечье. Тот улыбнулся и приделал её обратно, любовно поглаживая.
-Что вы можете сказать в свое оправдание, обвиняемый? Кроме того, что вы голый. - мягко проблеяла собака, "дружелюбно" скалясь. Она указала весами на Мартина, явившего себя в своей пухленько-розовой обнаженности.

8

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Отредактировано Луи Лувье (2009-11-05 22:18:01)

9

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Отредактировано Тэо Ринальди (2009-11-05 23:22:30)

10

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.


_____

"Тати" - сеть дешевых магазинов в Париже.
"Зодиак" - известный американский серийный убийца, который так и не был обнаружен.
В тексте полицейского предупреждения использована евангельская цитата: А кто соблазнит одного из малых сих, тому лучше было бы, если бы повесили ему мельничный жернов на шею и потопили его во глубине морской”.

Отредактировано Луи Лувье (2009-11-07 03:28:44)

11

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Отредактировано Тэо Ринальди (2009-11-06 23:02:30)

12

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Архив игры "Вертеп" » Архив » "Игры разума"