Архив игры "Вертеп"

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Архив игры "Вертеп" » О прошлом и будущем » Ты сможешь!


Ты сможешь!

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

- Знакомство Люка Грамона и Идана Коэна -

Почему именно я? Будучи подростком, Люка часто задавал себе этот вопрос. иногда ревел в подушку, жалея себя – «Такой хорошенький, и инвалид» - слова какой-то женщины, произнесённые мальчику в спину на детской площаде, намертво врезались в память. Они горели там дьявольским клеймом, они застыли вечным напоминанием, высеченные остриём чужой бестактности на стенах подсознания. Тогда он спросил у отца, что же такое «инвалид», а отец опустился перед ним на колени, положил ладони на плечи и ответил – это такой человек, который не умеет промолчать в нужный момент, а Люка просто ребёнок с ограниченными возможностями. Инцидент исчерпан, а осадок остался. И вопрос «почему я?» отравлял его душу ещё несколько лет, пока, уже находясь на той зыбкой грани превращения угловатого подростка в складного юношу, Люка с изумлением не осознал, что «полноценные» люди также задают себе подобный вопрос. Кто-то недоволен своим положением в обществе, кто-то размером заработной платы, начальником, сварливой супругой, скупым мужем, бездушными родственниками, неблагодарными детьми, правительством, эмигрантами, дождём и солнцем, комарами и бабочками ... Оказалось, люди завидуют тому, что у него есть личный помощник, что его возят на личном авто с шофёром, наличию персональных тренеров и учителей. И ведь завидуют совершенно не задумываясь о том, что всё это не из-за избалованности «золотого мальчика», не думая – а каково это – жить в ограниченном мире. С той поры Люка относился гораздо спокойнее и к себе, и к своим физическим особенностям, «отпустив» все лишние переживания на свободу, наслаждаясь жизнью в доступном ему объёме.
Конечно, нельзя отрицать вклад Жюля в построении душевного и психологического равновесия юноши, личный помощник еждневно, ежечасно, ежесекундно был рядом, готовый помочь,подсказать, научить. За долгие годы Люка сроднился с мужчиной, слился с ним в единое существо, воспринимая его как неотъемлимую часть самого себя, и поэтому беседа на следующее утро по приезду в поместье прозвучала для молодого человека как гром среди ясного неба.
- Люка, я хочу познакомить тебя с одним человеком, - мягко произнёс Жюль, - он будет твоим личным помощником в те моменты, когда я не смогу находиться рядом с тобой, иными ...
- Зачем? – поражённый известием, Люка даже не заметил, что перебил мужчину, - мне не нужен никто другой, - умом юноша понимал, что даже самому ответственному человеку нужен иногда отдых, но решение Жюля было для него аналогично тому, как если бы ваша рука заявила, что уезжает на недельку на Багамы. Одна, отдельно от остального тела. А мужчина был для молодого человека больше, чем рукой – он был его глазами, ушами, той тонкой ниточкой, связывающей его с окружающим миром.
- Нет, я не разрешаю, я не хочу, - юношеский максимализм вкупе с отчаянным страхом оказаться беспомощным, боролись с доводами разума.
Жюль, почувствовав раздирающую борьбу в душе подопечного, обнял Люка, мягко прижав к груди.
- Я понимаю твоё состояние, мой мальчик, - успокаивающим жестом поглаживая юношу по голове, произнёс мужчина, - но я уверяю тебя, что этот человек очень ответственнен и профессионален, с ним ты будешь также защищён, как и со мной.
Прикоснувшись пальцем к мокрым щекам Люка, он ненавязчиво подвёл молодого человека к дверям ванной комнаты:
- Успокойся, умойся и приведи себя в порядок, твой новый помощник придёт знакомиться с тобой с минуты на минуту.

2

Что такое звук? Скопление молекул. Отголосок бытия. Насколько важно, чтобы существовать, выполняя жизненные смыслы?
Идан редко находился в Вертепе без работы, то есть, если не было клиентов, нуждающихся в его услугах, он предпочитал уезжать. Дома было много дел: учеба, заказы на переводы, любимый человек. При всей своей ревностной натуре, Мануэль умел блестяще держаться. Приятно осознавать, что тебя ревнуют, но сдержанно, касаясь той точки меры, которая необходима для поддержания гармонии в отношениях. Ману, несмотря на свой юный возраст, неплохо разбирался в людях. Он знал, что нужно Идану, что ему «вкусно», а что он никогда не проглотит. Потому как бы одиноко и плохо не было бы Мануэлю  без своего возлюбленного, он знал меру демонстрации этих чувств – всегда находил себе развлечения, компанию или же окунался с головой в учебу. Коэн, наоборот, не был тонким знатоком организации человеческих душ. Наверное, потому, что редко под кого-то подстраивался в жизни, скорее все происходило наоборот. Его планы вдруг становились чьими-то еще, желания разделялись, а вину за совершенные ошибки обычно брал на себя кто-то другой. Так сложилось. У каждого человека свои причины быть таким, каков он есть.
В этот раз работа, которая его нашла заметно отличалась от того вида деятельности, чем он предпочтительно занимался. Прежде всего, в поместье его интересовала та языковая практика, которую он мог получить. И, в особенности, итальянский язык, который молодой человек начал учить в Сорбонне. Он обожал холеных итальянцев с точенным языковым слогом, которые частенько наведывались в Вертеп. Это были его излюбленные клиенты, а если они были чуть в возрасте или же просто несильно выпендривались, то вообще самый смак. Все остальное, что происходило в поместье, его не сильно интересовало. Большую часть, представляемых гостям удовольствий, он презирал и считал отвратительным. Дело было не в столь юном возрасте секс-рабов, а в воплощении тех садомических желаний, которые зачастую овладевали клиентами. Сам про себя Идан любил говорить: «Я старомодный гей».
Так вот, сегодня утром он вернулся в Вертеп, потому что поступило достаточно нестандартное предложение о работе. Ему предстоит помогать ориентироваться в поместье слепоглухому клиенту. Заказчик говорил о молодом возрасте некого мсье Грамона и особом обращении. Деньги обещались заоблачные, каких-либо предрассудков по этому поводу Коэн не испытывал, так что охотно согласился. К тому же клиент мог воспринимать речь по средствам какого-то супер слухового аппарата, что было весьма замечательно потому что знатоком языка жестов Идан отнюдь не слыл. Так, знал парочку «жестов» и то на иврите. Три года назад у его двоюродной сестры родился глухонемой малыш, с которым она испытывала большие трудности, если так можно выразиться. Такие дети требуют повышенного внимания для более-менее успешной адаптации в обществе. Честно говоря, Идан вообще не знал насколько это возможно.
Первое, что подумал Коэн, когда очутился в одной комнате с клиентом, так то, что он какой-то сильно симпатичный для калеки. Однако сразу же вспомнил умную фразу: «Красота обычно ассоциируется со счастьем, но, увы, это не всегда так». Так вот, это был именно тот случай. Хотя парнишка выглядел вполне здоровым, вон и румянец на щеках. На всякий случай Идан решил уточнить, а туда ли он попал, по адресу ли…
- Здравствуйте. Идан Коэн. С вами я договаривался по телефону?
Хотя и не румянец это вовсе, щеки влажные. Плакал что ли?
Дождавшись положительного ответа, мужчина продолжил:
- Рад буду помогать вам, - улыбнулся. - Однако я хотел бы, что мне сразу объяснили, в каких именно услугах вы нуждаетесь. Хочется быть максимально вам полезным.
С такой симпатичной мордашкой несложно найти кого-нибудь на ночку другую, но, можно ли рассчитывать на что-то серьезное? Мой прогноз – нет. Хотя жизнь такая извращенная штука. Жалко паренька. Наверняка жалость – самое распространенное чувство по отношению к нему.

Отредактировано Идан Коэн (2010-04-14 01:35:22)

3

Только Люка вошёл в гостиную, как входная дверь в аппартаменты мягко причмокнула, впуская кого-то, и звук чужих шагов замер неподалёку.
- Здравствуйте. Идан Коэн. С вами я договаривался по телефону?
Хоть юноша и был готов к тому, что незнакомец заговорит, однако всё равно вздрогнул, нервно вскидывая кисти рук к вискам.
- Здравствуйте, - справившись с собой, ответил он, - нет, Вы скорее всего разговаривали с Жюлем, - как само собой разумеющееся, объяснил Люка, - очень приятно, меня зовут Люка, - юноша неуверенно улыбнулся, - если Вы не против, я бы предпочёл общение без официоза, просто по имени.
Судя по голосу, его новый помощник достаточно молод, и молодой человек искренне надеялся, что они смогут найти общий язык и его времяпрепровождение в Вертепе и вправду будет максимально комфортным.
- Может быть, мы присядем? – Люка вопросительно приподнял бровь и повёл рукой в ту сторону, где, как он уже успел запомнить, расположился столик со стульями.
Осторожно ступая характерной походкой, не отывая ступней от пола и выставив впереди себя руку, юноша добрался до цели и, нащупав стул с подлокотниками, уселся, сложив ладони на коленях как примерный ученик в школе. Подождав, пока второй стул издаст едва слышный для обычного уха скрип под тяжестью тела, Люка продолжил:
- У Вас есть опыт работы с..., - он запнулся, подбирая слово, - подобными мне клиентами?
Вопрос был более чем насущный, ведь общение с незрячим – это если не принимать во внимание добавочную глухоту – требует особых навыков. Мало просто вести за ручку из пункта А в пункт Б, надо быть особо внимательным к окружающему пространству, замечать множество нюансов и уметь реагировать  определённым образом. Но юноша был уверен, что для него вряд ли пригласили бы непрофессионала, так что задавал свой вопрос скорее всего просто для успокоения того тревожного чувства, что овладело им в незнакомом месте, ну, и надо же как-то начать беседу. Чтобы Идан не посчитал его букой, или не начал жалеть и сомневаться в адекватности своего клиента.
- Я буду рад Вашей помощи, - и Люка не кривил душой, - услуги, скорее всего, больше будут касаться сопровождения. Я люблю плавать, и хотел бы начать посещать здешний бассейн, - молодой человек улыбнулся, - ну и конечно, Вы будете связующим звеном между мной и окружающим миром.
Люка прикусил губу, раздумывая, следует ли задать свой «коронный» вопрос, без которого не обходилось ни одно знакомство, и решил, что для персонального помощника это не должно вызвать неадекватных реакций или негатива.
- Вы позволите мне прикоснуться к Вашему лицу? – юноша извиняюще улыбнулся, - мне хотелось бы знать, как Вы выглядите.

4

Идёт на ощупь, глаз не открывая,
улыбкою слегка отмечен лик.
Он долго так живёт. Он так привык.
Как посох, жизнь ведет его прямая.
И он в пути, стараясь не мешать
нам жить своей обычной жизнью зрячей,
свою беду от посторонних прячет…(с)

Иногда мы просыпаемся ночью в холодном поту и скользящей мыслью: где я и как отличить сон от реальности? Мы задыхаемся в тесной комнате своего бытия, когда чувствуем грусть от того, что потеряли что-то безвозвратно. Мы скорбим по потерянному времени, по так и нереализованным возможностям, по тому, что произошло с кем-то другим, а не с нами, хотя чаще наоборот. Всепоглощающая машина жизни не останавливается, даже когда нам кажется, что мы стоим на месте: события не имеют вкуса, прежние эмоции потеряны, чувства пережиты. Вроде бы жизнь теплится в другом месте. Твою подругу по прежнему зовут на свидание, а друг опять ругается со своей девушкой. Где мы? Нас мучают сомнения, не переваренные обиды, чужие судьбы, что порой пересекаются с нашими так близко, что можно сойти с ума. Конечно же, мы все живем, при чем, так часто, что это перестало быть для нас подарком. Ограниченность других, собственная неполноценность, презрение к окружающим, собственные ошибки. Отчего мы не ценим то, что имеем?
Вчерашний солдат теперь учится есть левой рукой, потому что правую оставил где-то в Иордании. Его мать учится воспринимать сына прежним. Девушка пытается продолжать любить. Что происходит внутри этого мужественного человека, ты случайно узнаешь после литров водки на очередной попойке. Еврейские семьи большие. Найдутся плечи и объятия, но время не всегда и не всех лечит. Сегодня восемнадцатого апреля в восемь вечера, в Израиле звучит сирена по погибшим во время войн израильским солдатам. Каждый год, поминая минутой молчания, мы скорбим по ушедшим героям.
Этот симпатичный мальчик-калека. Вот он перед тобой. Скольких ты таких знал? Отрицательно качаешь головой. Тут и пальцы загибать не нужно. Немного. Шаркая ботинками по полу, в сопровождении своей «собаки-поводыря», он медленно движется в сторону столика. Нужна ли ему моя жалость? Вроде такие люди весьма сильны духом. Если это врожденное, то он не знает другой альтернативы, если же нет…
- Тогда я просто Идан, – улыбнулся молодой мужчина, стараясь выразить свою улыбку в интонации голоса. Проследовав за ним, Коэн опустился на соседний с Люка стул. Его спутник, Жюль, казался весьма опытным. На какой-то момент Идан решил, что ему было бы интересно узнать, какие отношение связывают этого слепоглухого мальчика с «собакой-поводырем». В любом случае, все итак скоро станет понятно.
- Простите, мой опыт работы в данной области нельзя назвать большим, он скорее теоретический. На учебе мы рассматривали различные психологические аспекты при общении с людьми с ограниченными возможностями. Извините, если позволил назвать вещи своими именами. У меня педагогическое образование. Я учитель иностранных языков. Вернее почти учитель. Еще не доучился. – Коэн весело усмехнулся, чтобы разрядить немного обстановку.
– Сын моей кузины - глухонемой. Отличный мальчик, хотя уже в столь юном возрасте он испытывает понятные проблемы при общении с другими детьми. Вся наша семья старается сделать его только начавшуюся жизнь максимально комфортной. У Эви есть старший брат и сестренка, которые с ним очень близки. Семья играет огромную роль в… Хотя не знаю, зачем я это все говорю. Возможно общение с вами поможет мне стать еще ближе к племяннику.
Речь не была рассчитана на скупую слезу, но должна была расположить клиентов к себе. Деньги за работу были обещаны очень хорошие, а плакаться, что опыт Идана в таких делах сплошная фикция, ему совершенно не хотелось. Он был сообразительным. Так что искренне полагался на свои возможности. Тем более у этого парнишки уже был отличный личный помощник, так что целиком Люка на мне не повиснет. И все-таки как он слышит? Да, слуховой аппарат, но маленькому Эви даже он не подошел бы. Врачи при рождении развели руками. Учитесь жить сами!
- Да, здесь отличный бассейн. Обещаю, вы насладитесь плаванием в полной мере, как и всем остальным, чем посчитаете нужным. Ох, какой я подхалим!
- Вы позволите мне прикоснуться к Вашему лицу?
Идан видел как происходит подобное ощупывание в кино. Слепой человек небрежно тыкает пальцами в лицо, пытаясь распознать образ собеседника. Интересный опыт мысленно усмехнулся молодой человек, бросив серьезный взгляд на Жюля.
- Конечно, как вам будет угодно, - согласно кивнул он.

Отредактировано Идан Коэн (2010-04-18 17:11:05)

5

На учебе мы рассматривали различные психологические аспекты при общении с людьми с ограниченными возможностями. Извините, если позволил назвать вещи своими именами.
Люка улыбнулся:
- Не извиняйтесь, у меня действительно ограниченные возможности. И я не из тех людей, что подают в суд за каждое не понравившееся им слово. Мне кажется, это удел закомлексованных личностей, уверенный в себе человек просто не обратит внимания на словесную оболочку, жизнь и так коротка, чтобы тратить её на пустые препирательства.
Возможно, юноша был ещё излишне наивен, или слишком молод, но он искренне не понимал, зачем люди устраивают митинги, забастовки - в защиту прав сексуальных меньшинств, чёрно-, бело-, и иных цветов кожи, мусульман и христиан... Ну, будут сидеть в классе на уроке ученица в парандже, ученик с кипой на голове или крестиком на шее – кому от этого плохо? Да пусть хоть голышом или в скафандрах сидят, каждый имеет право на самовыражение, разве мы живём не в свободной стране? Но свои мысли Люка держал при себе, так как подозревал, что будет осмеян или уличён в скудоумии и инфантильности, или – что ещё хуже – в неполиткорректности.
У меня педагогическое образование. Я учитель иностранных языков. Вернее почти учитель. Еще не доучился.
- Учитель? – юноша воодушевился и слегка подался вперёд, положив локти на стол, - а почему Вы выбрали именно эту профессию?
Люка всегда интересовал этот вопрос, что движет человеком при выборе той или иной профессии? Сам он никак не мог определиться, что же хотел бы делать в будущем, его швыряло из крайности в крайность, то он хотел быть гонщиком, то певцом, то художником, то программистом. Что же для других людей является критерием выбора? Возможно, опыт Идана поможет и ему определиться и обрести наконец внутреннюю целостность.
Слушая дальнейший рассказ нового помощника про его семью, Люка размышлял о том, почему зрячеслышащие люди так спешат приписать свои ощущения людям с ограниченными возможностями? Почему-то считают их несчастными, обделёнными, отчего-то не желая – или не имея способности понять, что – другой-то вовсе не испытывает подобных чувств, ощущая себя вполне комфортно – да, да! А все комплексы и неуверенность были заложены в детстве «нормальными» взрослыми –о, разумеется из добрых побуждений. Сколько неприятностей Люка мог бы избежать, сколько негативного опыта в общении со сверстниками, если бы няньки не твердили детям на  детской площадке – «Люка не такой, как вы, он особенный, будьте с ним по-внимательнее»... А он был таким же ребёнком, так же хотел кататься с горки, лепить куличи и строить песчаные замки, качаться на качелях и играть в прятки. Но это разделение, «особенный», делало его белой вороной в стае ребятни, к тому же, если толчки, ссоры и драки детей между собой воспринимались нянькам нормально, то в случае с Люка они коршунами кидались на «обидчика»... так что верна пословица «все наши комплексы родом из детства», уже выросши из коротких штанишек, юноша до сих пор стремился доказать всем и каждому, что он такой же, как и все. Нет, право же, не жалеют людей за то, что кто-то не умеет петь как Паваротти, или танцевать, как Нуриев – ну, не видит он и не слышит, но он личность, со своими талантами – однако люди не замечают этого, погружаясь в жалость и взращивая в себе ложное чувство благородства.
- Я не вправе давать Вам советы, но, как мне кажется, Вашему племяннику будет комфортно, если вы все не будете заострять внимание на его глухонемоте, - Люка смутился, потирая пальцами переносицу, - простите... – и, радуясь перемене темы, продолжил, - Вы знаете,  я даже участвовал в соревнованиях по плаванию среди слепых пловцов и выиграл не одну золотую медаль!
Как большинство молодых людей, юноша любил похвастаться своими достижениями и успехами, по праву гордясь ими. Дружелюбие, исходящее от собеседника, расслабило скрученную пружину внутреннего напряжения, Люка расслабился и улыбка почти не сходила с его губ. Ощущение, что он может довериться этому человеку, судя по голосу, не намного старше его самого, остался только заключительный штрих.
Слепые живут
        наощупь,
    трогая мир руками,
        не зная света и тени
     и ощущая камни:
     из камня делают
         стены.(с)
Продекламировал юноша и добавил:
- Мне бы не хотелось, чтобы между нами была стена.
Люка нащупал находящуюся на столещнице руку Идана и медленно поднялся пальцами по ней вверх, на секунду останавливаясь на линии плеча, продолжая скольжение пальцев по шее, очерчивая контур подбородка. Вторая рука уже уверенно присоединилась к первой, минуя предварительный путь. 
Юноша склонил голову набок, отдаваясь осязательным ощущениям, сосредоточившись в подушечках пальцев. Невесомыми прикосновениями он обвёл изгибы губ, довольно пухлых, и в воображении сразу начала формироваться картинка. Лёгкими скользящими движениями пальцы поднялись к скулам. Затем, с мягким нажатием спустились по ним к носу, обводя ноздри и, поднявшись чуть выше, очертив глазницы.
- Закройте, пожалуйста, глаза, - попросил Люка, проводя затем подушечками пальцев по линии ресниц, от внутреннего края глаз к внешнему, поднимаясь к бровям, взъерошив их движением к переносице. Лоб и волосы, - судя по структуре волос, Вы не брюнет? – озвучил свою догадку юноша, пропуская мягкие пряди между пальцев и, возвратив руки в прежнее положение – на столешницу перед собой, спросил, - какого цвета у Вас глаза?
Люка остался доволен осмотром, осязательные ощущения нарисовали в мозгу образ молодого человека с мужественными чертами европейского лица, подбородком, выдающим несколько упрямую натуру и губами – чувственную. Густота волос и не успевшая огрубеть и покрыться морщинками кожа косвенно подтверждала его соображение о молодом возрасте Идана.
- Простите за нескромный вопрос, - Люка смущенно улыбнулся, - а сколько Вам лет?

6

Люка говорил такие возвышенные вещи, что многим бы хотелось непременно взяться за руки, организовать хоровод мира и добра, перецеловать всех палестинцев, закрыть глаза на мировые теракты и насилие, оправдать виновных, спеть песню любви, покачаться с Амуром на качельках, отдать всю свою еду голодающим детям Африки, записаться волонтером в Ирак, три срока подряд отслужить в армии, причем в самых горячих точках на Земле. Из его уст это не походило на лицемерие, скорее на ту сказку, что придумали для него родители для облегченного мировосприятия. Начинай строить стенку из красных кирпичиков всякий раз когда кто-то обижает твое эго – изъезженный способ абстрагироваться от той боли, что порой приносит жизнь. Я сильный. Я справлюсь. И вообще как бы я особенный, несмотря на то, что я так мило убеждаю вас в обратном. Опомнись детка, если не богатства твоих родителей, где бы и кем бы ты сейчас был? На что походил бы твой мир? Нашлось бы в нем место для добра и справедливость. Вот только не надо убеждать меня в обратном. Не зря же народ выдумал фразу: «Вижу –не слепой!» *לישון בלי לחלום. Все это мы уже проходили заочно, особо не акцентируя внимания на возможно и важные акценты.
- Преподаватель, учитель, – улыбнулся Идан, в очередной раз понимая, что эту улыбку клиент не увидит. Неужели можно говорить о важных вещах, при этом ковыряться в носу, чесать яйца, показывать язык собеседнику, а он лишь будет согласно кивать, реагируя на твой голос? Ужасно не интеллигентные мысли. Ну, а что делать? Любому человеку свойственно. – Так вышло, что я свободно владею тремя языками. Приходилось трижды менять страну проживания. Может быть, я пошел по унылому пути, но языки всегда давались мне легко. Вообще меня больше интересует работа переводчика, чем преподавание. Хотя второе тоже весьма интересно. Я строгий, ученики меня побаиваются. В любом случае, не думаю, что пойду работать в школу. Идан весело хмыкнул, представляя, как кто-нибудь из учеников однажды узнает о его пикантных пристрастьях и пустит слушок до самых младших классов.
- Племяшку воспитывают по какой-то специальной методике, так что я думаю, с ним будет все в порядке, - отмазался Коэн, понимая, что этот разговор никуда не приведет, и каждый останется при своем особом мнении. – Ух, ты, классно! А я думал ему просто ножками-ручками побалтыхать в бассейне охота. Ну, вообще если вспомнить, Идан как-то был на балете, где парень танцевал опиравшись на костыль, а его партнерша размахивала пластиковой рукой или как там называется этот материал. Было очень трогательно. Да, и про параолипийские игры Коэн слышал. – Значит вы профессиональный спортсмен? Или это просто хобби?
А вообще интересно, какие хобби у слепоглухих людей? Сильно ведь не разбежишься. Вот можно читать специальные книжки, водя по выпуклым буковках пальчиком. В футбол не поиграешь, в интернете не посидишь, в клуб не сходишь. Да, это банальщина, а не хобби, но просто даже такие простые вещи, как казалось Идану, таким людям просто недоступны. Сколько лет этому мальчику? Восемнадцать-девятнадцать. Он ведь ровесник Мануэля. Но тот неусидчивый, живой, предприимчивый.  А этот…  Этого я просто не знаю. Идан сам мысленно отдернул себя. Некрасиво даже думать так.
- Да, пожалуйста, - произнес молодой мужчина, когда руки Люка принялись изучать его внешность. На удивление прикосновения были нежными и плавными. Не буду скрывать, что Идану представлялось это «ощупывание» в несколько другом свете. Паренек будет тыкать в него пальцами, выколет глаз, ударит по носу, вырвет клок волос с головы, да к тому же от усердности будет пыхтеть в лицо как паровоз или же жук-пыхтун. Однако ничего подобного. Наоборот, Коэну сделалось как-то слишком приятно. Он представил, что это пальцы Ману сейчас касаются его пухлых губ, скользят по гладким скулам, очерчивают линию бровей, приподнимают кончик носа, ныряют в густые курчавые волосы.
- Темно-русый, - отвечает Идан, улыбаясь. – Вы были довольно близко.
Руки Люка вернулись на столешницу – знакомство было окончено. Чуть запрокинув голову назад, Коэн задумчиво смотрел на светловолосого паренька, сидящего прямо перед ним. Самое забавное, что тот дал почувствовать ему интимность обстановки, исключив из четырех стен комнаты пребывание Жюля. Его и вправду будто бы и не было. Наверное, это и есть профессионализм – умение казаться незаметным подумал Коэн, смерив коротким взглядом помощника.
- Карие, - ответил он. – Обычный комплект. Ну как остались довольны осмотром? Сгожусь? Голос Идана звучал очень дружелюбно. Отчего-то после «ощупываний» молодой человек изменил свое мнение о клиенте. Настрой на работу заметно поменялся. Даже хотелось рваться «в бой». Ну-ка, когда пойдем плавать в бассейне? Что бы вам еще такого показать? Хватит рассиживаться.
- Мне двадцать пять, - улыбнулся Коэн. – Я французский еврей. Родился в Париже, - добавил он на всякий случай. – Когда вы хотите воспользоваться моими услугами? И на какое время вы остановились в поместье? Я могу попробовать составить план культурных мероприятий. Ну, там, в саду погулять, в библиотеку заглянуть. Ладно, я шучу! – засмеялся Идан, коснувшись пальцами ладони клиента. Как бы показывая, что стены между ними и нет, раз уж так захотел сам Люка. – Я понимаю, что вы сюда не за этим приехали. Сложно представить человека, приехавшего в бордель, чтобы понюхать цветочки в горшках. Извините, за прямоту.

_______________________________________________________
*לישון בלי לחלום  - лишон бли лахлом (ивр.) спать без снов

7

- Языки, - протянул Люка задумчиво, - я бы тоже хотел выучить хоть один иностранный язык, - юноша тряхнул головой, загораясь новой идеей, сияя восторженной улыбкой, - я знаю! – воскликнул он, - Вы будете учить меня какому-нибудь из языков, что полегче!
Конечно, Люка понимал, что если уж на изучение родного языка у него ушло чуть ли не все девятнадцать лет его жизни, то уж на иностранном он точно заговорит лишь к пенсии, и то, при условии каждодневного многочасового труда. Но вот выучить несколько расхожих фраз он был не против,  тут же размечтавшись, как поразит отца новым умением.
В любом случае, не думаю, что пойду работать в школу.
Обучаясь на дому, Люка знать не знал, что такое школа и с чем её едят, поэтому лишь покивал головой и улыбнулся в ответ на веселое хмыканье Идана, но всё же решил спросить:
- А почему? Разве строгость – это плохо? Жюль тоже довольно строг со мной, - юноша деланно вздохнул, вздёргивая уголки губ в улыбке, - О, подождите, он ещё прочитает Вам лекцию о необходимости установления строгих границ для подрастающего поколения, - он рассмеялся, поворачивая голову в сторону помощника, и лукаво уточняя, - не так ли, Жюль?
Со стороны мужчины донеслось какое-то фырчанье, напоминавшее сдерживаемый смех и выраженное в бормотании обещание «выпороть кое-кого излишне болтливого». Дело в том, что подобные лекции читались Люка каждый раз, когда требовалось ограничить его в чём-то, либо отказать в его желании, и между воспитателем и воспитанником частенько случались шутливые стычки на этой почве. Хорошо, хоть в любимом плавании отказа не знал:
- Ни то, ни другое, - рассмеялся Люка, - это скорее образ жизни. Отец шутит, что я родился водоплавающим. А раз уж я хорошо держусь на воде, то почему бы не использовать это умение, и не выиграть несколько соревнований? Впрочем, плавание само по себе, и без всяких спортивных целей, очень хорошая терапия, как и верховая езда. Кстати, - обрадовался юноша, - я бы хотел и прокатиться верхом, помнится, я слышал о существовании в поместье и конюшни.
Люка был увлекающейся натурой, и перепробовал множество занятий – рисование, лепка, искусство оригами, бисероплетение, вышивание – почти всё, что возможно делать наощупь. но предпочитал всё-таки активные действия. и из них пальму первенства прочно занимали плавание и велосипедный спорт.
Ещё юноша обожал решать различные головоломки и кроссворды, и весьма обрадовался, узнав, что почти правильно определил цвет волос Идана – заключительным штрихом легли на готовый образ в мозгу тёмно-русые волосы и карие глаза, явив перед мысленным взором окончательную картинку симпатичного молодого человека.
- Сгодитесь, - улыбнулся Люка, - раз Вы не намного меня старше, то, может быть, перейдём на «ты»?
И правда, к чему чопорно «выкать» друг другу, если по возрасту оба годятся в братья? К тому же, работа помощника и подопечного подразумевает тесный физический и психологический контакт, а трудно представить доверие, если между людьми существует дистанция из правил.
Юноша рассмеялся вслед за Иданом, отвечая на прикосновение лёгким сжатием пальцев:
- В каждой шутке есть доля правды, - он склонил голову набок, - а прогулка в саду отличная идея! И не извиняйтесь, сюда действительно приезжают не для любования природными красотами, и я не исключение, - Люка посерьёзнел, - мне тяжело найти партнёра, по множеству причин. К тому же, - он не видел смысла скрывать от нового помощника личные пристрастия, - меня привлекает лёгкий бдсм, а здесь, по слухам, самые высококвалифицированные Мастера. Так что я надеюсь совместить приятное с полезным!
Молодой человек улыбнулся и с энтузиазмом сжал руку Идана:
- Пойдём в бассейн прямо сейчас! – воскликнул он, и обернулся к находящемуся поодаль мужчине, - Жюль, - произнёс он с просительной интонацией, и сполз со стула на пол, усаживаясь по-турецки рядом со столиком.
- Садись рядом, - предложил он новому помощнику, похлопав ладонью по ковру.
Жюль принёс довольно объёмный чемодан, устраивая его так, чтобы Люка мог без проблем дотянуться, и выкладывая из недр большую квадратную доску перед подопечным.
- Это называется «ориентир», - объяснил юноша, - похоже на игру, - он поочерёдно достал из чемодана разнокалиберные кубики, пярмоугольной, квадратной и треугольной формы.
Сложив их горкой на доску, Люка спросил:
- Это помогает мне ориентироваться в незнакомых помещениях и на улице. Ты умеешь им пользоваться?

8

Как часто ты ошибался? Например, пошел бы в армию каким-нибудь клерком: вел бы архивы, перебирал личные дела солдат, отвечал на телефонные звонки, следил бы за отчетами, поступающими с ракетных установок на границе, или же, как Ицхак, наблюдал бы за морской чертой из гигантского оптического бинокля, не забывая оценивать размеры в плавках у загорающих на пляже. Зная Гили, тот бы непременно бы увязался следом, и тогда бы война не пришла бы в их дом. Чем больше слез, тем мокрее подушка. Вот и сейчас ошибкой было думать, что молодой человек, сидящий перед ним – ходячий труп. В конце концов, это не рак, а ограничение возможностей к восприятию окружающего мира. Но если подумать, есть люди, обладающие всем стандартным набором чувств, но при этом ограничены в чем-то другом. Например: в материальных, умственных возможностях, в везении, в карьере, в любви…
- Вы будете учить меня какому-нибудь из языков, что полегче!
- А какой из них полегче? – в голос рассмеялся Идан. – Я и не знаю. В любом случае это длинный путь. А мастер- класс вроде «Привет. Меня зовут Люка. Я живу во Франции» - так это запросто. Нет, серьезно, если есть интерес, то, я, думаю, мне представится возможность гордится своим учеником.
Насколько серьезна была, оброненная светловолосым мальчиком, фраза, Идан не знал, но сама идея заинтересовала его. Прежде он занимался репетиторством, причем больше для себя, чем из-за денег. В основном это были ученики средней школы, реже старшей. Им нужен был человек, способный подтянуть хвосты, нагнать учебную программу, но с начинающими он никогда не работал. Вот так чтобы с нуля, рассказывать про «а» и «б», а потом слышать, как недавний незнайка начинает читать, пытается разговаривать. От самого простого и далее вперед. Вот это, пожалуй, очень интересно! К тому же, здесь во Франции, Коэн давал частные уроки только английского языка. В итальянском он был пока несовершенен, а иврит, по сути, никому не нужен. Хотя ему предлагали работу в еврейской школе, но его это не заинтересовало. Первая практика в обычной школе, как и у многих студентов, была подобна аду. Кричащие, хамящие, непоседливые дети и скромная напарница, боявшаяся всего и вся. Вот потом с Лолой было все по-другому. Детки ходили по струнке и были такими шелковыми. Дело было не в повышении голоса или ожесточения дисциплины, а в подходе и в опыте, который молодые люди выработали за два года обучения. И все же, работа в какой бы ни было школе, Идана совсем не прельщала. Одно время он хотел уйти в науку, но и та пора миновала. Итальянский, а в будущем испанский, португальский. Его охватила языковая жажда.
- Умеренная строгость, в смысле требования хороших манер, аккуратности, не причиняет вреда в том случае, если она последовательная, если сам «воспитатель» добрый по натуре человек, а его подопечный растет счастливым и общительным. Но строгость вредна, если «воспитатель» груб и постоянно недоволен своим подопечным, если он не делает скидки на возраст и индивидуальные качества. В таком случае, последний становится бесцветным, малодушным или жестоким человеком. Я надеюсь, что тебе повезло с Жюлем, - после чего Коэн добродушно улыбнулся. Ясное дело, что Жюль не руководил тут всем банкетом, и за спиной мальчика стоял тугой кошелек и чья-то сильная любовь. Это было понятно, как дважды два. Повезло!
- Да, есть здесь и конюшня. Увы, в упражнениях верхом, -  улыбнулся, - на лошади, я помочь тебе Люка не могу, но организовать конную прогулку сумею. Я никогда не сидел в седле, да, и честно не горю желанием.
Идан перешел на «ты», как этого просил молодой человек. Действительно, возраст позволял, да и амбиций тут никаких не было. У Люки был красивый смех, наверное, даже очень для человека, лишенного возможности слышать себя, ну без слухового аппарата. Есть люди, которые ржут хуже лошадей, переполошившихся в стойле, но при этом будто бы не слышат себя, продолжая выдавать подобные отвратительные звуки.
- Красивый у тебя смех, любитель легкого БДСМа. Да, думаю, здесь проблем с этим нет. Каждый найдет развлечение на свой вкус. Свое мнение по данной теме Идан не стал озвучивать. В действительности оно никого не касалась, да и звучало бы весьма странно. Здесь, в поместье, у него был собственный прагматический интерес, а дома его ждал любимый человек.
- Хотите, начать с бассейна. Отлично! – начал, было Коэн, как в друг в студии появился странный чемоданчик. Нет, не с деньгами, а с кубиками.
- Ааа, «Ориентир». Вот оно что! Конечно знаю, но пользоваться не умею, извини. Не, серьезно, Идан ни разу не сталкивался с подобной штуковиной, даже не мог и подумать о ее существовании. – Это сильно плохо? Он взглянул на Жюля, чтобы понять прежде всего именно его реакцию. То, что к этому человеку у Идана будет множество вопросов, так это просто капитан очевидность.
Молодой мужчина опустился рядом со своим «подопечным» на мягкий ковер, не для того, чтобы строить пирамидку, а потом радостно хлопать в ладошки от того, какая ладная она получилась, а чтобы научится пользоваться этой штуковиной из кубиков. Интересный опыт.
- Покажите мне, я быстро научусь. Так, что тут куда?

9

Люка рассеянно кивал, слушая приятное журчание голоса Идана, но не особо вникая в смысл. Ему было трудно сосредотачиваться на чём-то длительное время, и мозг просто переставал воспринимать поступающую через слуховой канал информацию. Знакомое имя встряхнуло юношу:
- Да, Жюль для меня больше, чеи просто личный помощник, - заулыбался Люка, - он мне как старший брат, иногда скрывет мои проделки от отца, а иногда и сам всыплет по первое число. Жюль знает меня лучше, чем я сам, - юноша понизил голос до заговорщицкого шёпота, - и иногда это здорово пугает.
Вновь мимолётная улыбка на губах, как показатель несерьёзности слов, открывать душу перед Иданом Люка ещё не собирался, стараясь обратить разговор в шутку – хотя у него и вправду нередко создавалось впечатление, что Жюль видит его насквозь.
- А тебе и не надо ездить верхом, - рассмеялся Люка, - ты просто поведёшь лошадь. Я и сам не отважусь на скачку по лесам и полям, несколько кругов в манеже мне будет достаточно.
Юношу слегка озадачивали неожиданные переходы Идана с «ты» на «вы», сбивая с мысли и дезориентируя – обращается ли новый помощник к нему или к ним с Жюлем вместе? Ровный голос Жюля, влившийся в беседу, вернул пошатнувшееся было равновесие обратно:
- Не переживайте, Идан, главное, что у Вас есть желание научиться, - мужчине понравился энтузиазм, излучаемый новым коллегой, и он слегка приободрил его, - Вы всегда можете обратиться ко мне за помощью.
Люка улыбнулся и перемешал руками кубики на доске:
- Тут ничего сложного. Есть, конечно, общая инструкция по применению, но каждый слепой всё равно переделывает её под себя, ведь у нас разное восприятие, разный тип мышления.
Юноша повертел в ладонях прямоугольник и поставил его на край доски:
- Это – начало пути. То есть, в нашем случае, входная дверь аппартаментов. Где-то там, - взмах рукой на противоположную сторону доски, - бассейн. Тебе надо воссоздать из кубиков путь передвижения от пункта А, - Люка дотронулся до прямоугольного кусочка дерева, - до пункта Б. Это как нарисовать карту, только не ручкой по листу бумаги, а кубиками по доске.
Юноша нащупал ещё один прямоугольник:
- Такие кубики обозначают направление, всё равно что прямая линия на карте, - он поставил кубик перпендикулярно первому, - если на пути встретится поворот, куда нам не надо – используем треугольный кубик, если лестница – квадратный. Лестница ведёт наверх – ставим два кубика друг на друга, вниз – два кубика друг за другом. Правда же, очень просто? Ты пока рисуй, - Люка поднялся на ноги, делая осторожный шаг в сторону спальни, - я пойду соберу необходимые вещи для плаванья, и сразу пойдём, хорошо?
Жюль ободряюще улыбнулся молодому человеку, беря подопечного за руку и уводя прочь, оставляя Идана наедине с его задачей.


Вы здесь » Архив игры "Вертеп" » О прошлом и будущем » Ты сможешь!