Архив игры "Вертеп"

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Архив игры "Вертеп" » Холл и общие залы » Балконы


Балконы

Сообщений 41 страница 60 из 106

41

Вот же капризное существо. "Мсье Жуан" в первую очередь должен соблюдать правила и делать то, что ему прописано прямо по договору, а не то, к чему его ведут его личные побуждения. По-крайней мере в рабочее время.
Впрочем, в кои-то веке свои мысли Леннар предпочел оставить при себе: за все то время, что он рабоатал в Вертепе, ежемесячные вычеты из зарплаты научили его периодически держать язык за зубами, когда не светит защита чести "прекрасной дамы" или хороший мордобой, где уже плевать, кто прав, а кто виноват. В этом случае, раз извинения приняты не были, он был едва ли не обязан эти самые извинения принести, пусть даже в насильственной форме.
- Если вам убедт угодно - вы вольны написать на меня жалобу начальству. Может быть хотя бы это скрасит ваше неудовольствие моим вторжением, - язвительные нотки, несмотря на все имеющиеся барьеры, таки просочились в голос, придавая фразе оттенок недовольства. Мозгами Лен понимал, что клиент где-то прав, но отчаянно отказывался себе в этом признаться.
Попробовал бы ты побегать с вами, напыщенными и кошельковыми индюками, не выспаться, попытаться расслабиться и наткнуться на мелочь пузатую, которая ни в какую не хочет работать, а я бы на тебя посмотрел.
Валье с шумом выдохнул и подтянулся, готовясь выслушать очередную порцию недовольства ос стороны стоящего напротив мужчины.
Ладно, признайся, ты просто не любишь все эти маленькие одинаковые попки, вот и срываешься, ну признайся же себе.
Однако мужчина внутренний голос полностью игнорировал, вперившись взглядом в постояльца и ожидая его вердикта: снова возвращаться под раздачу к Диего или таки идти веселиться, забыв об инциденте.

42

Батист только улыбнулся на прозвучавший вопрос. Несомненно, месье Моле сам был ценителем, возможно даже большим, чем он сам. Хотя юноша не брался полагать, что знает этого мужчину, расположившегося в кресле напротив.
Он кивнул, вежливо улыбнувшись. Завтра, в десять и ни минутой позже. Такой исход разговора обнадеживал и радовал: и, не смотря на пронизывающий от ветра холод, где-то внутри чувствовалось тепло. Возможно, получится. Возможно, два года работы теперь принесут ему столь нужные связи.
- Я очень благодарен Вам, месье Моле, - Батист отступил на шаг, понимая, что разговор закончен, тем не менее, не разрывая зрительного контакта до тех пор, пока мужчина не сделает это первым…
Почти завершившаяся встреча была прервана появлением помощника заместителя. Прозвучавшее из его уст замечание прозвучало не столько строго, сколько неуместно.
- Я полагаю, Вы не совсем в курсе моих обязанностей, месье Валье, - ответил он холодно и вежливо, едва тот закончил свой выговор, - и если клиент желает общества любого работника заведения, Вы не вправе это общество так бесцеремонно прерывать.
Тем не менее, действительно следовало вернуться к себе в комнату и закончить приготовление костюма для второй ночи Маскарада. Батист вновь посмотрел на месье Моле, извиняясь глазами за разыгравшуюся на его глазах сцену.
- Приятного вечера, месье, и до встречи, - он развернулся и покинул балконы.

Комнаты прислуги » Комнаты Батиста

Отредактировано Батист (2009-11-02 18:25:33)

43

-Вы действительно думаете, что административная кляуза будет достаточной сатисфакцией?
Франсуа вопросительно приподнял бровь, закутываясь в плед плотнее – воздух был холодный и сырой. Он уловил недовольные интонации, но искренне не понял, чем они были вызваны. Неужели молодой человек  считает, что Моле есть дело до муштры кадров в этом замке? Или опасается, что Франсуа сейчас же побежит жаловаться начальству и его оставят без премии… или за что они тут работают? Или отшлепают…
Моле едва скрыл улыбку, вызванную мыслями, за сигаретным дымом.
-А если напишу, то что будет? – не выдержал он, пряча веселье за напускной суровостью, стараясь, что бы по-детски забавный вопрос прозвучал совершенно серьезно.

44

Пока Леннар ждал ответа, в голове пронеслась еще ройка мыслей не разные темы вроде "не дай Боженька скажет "напишу", "где взять бутылку, чтобы задобрить начальство" и "не напишет - а что оставшиеся четыре часа делать?". Под гнетом какой-то невеселости, Лен осунулся еще больше, что прибавило ему годков пять-семь.
-Вы действительно думаете, что административная кляуза будет достаточной сатисфакцией?
Нет, конечно, не было еще ни одного клиента, который бы на нерадивую прислугу просто накатал бы бумажку. И все счастливы. Вам обязательно нужно денежное вознаграждение, пара бесплатных ночей, мальчика того, которого захочу и не пременно шампанское. Всегда полная бутылка. Самое дорогое, даже если вкус отдает кислым виноградом с немаленькой дозой спирта.
Однако и тут, путем прямо таки нечеловеческих усилий, удалось промолчать, делая окончательно и бесповоротно скорбную мину. Что попишешь? Орущий персонал вызывает куда больше негатива в сторону заведния, чем молчащий и делающий щеньячьи глазюки.
-А если напишу, то что будет?
Леннар даже как-то встрепенулся. Мысли привели его в совершенно мрачные дебри, из которых надо было выбираться любим путем.
- Хотите узнать? Оу, ну давайте я вам все расскажу, - воодушевившись желанием постояльца, Валье принялся расхаживать из угла в угол.- То есть правда хотите знать? - поправив несуществующий галстук и весьма скорбно посмотрев, он продолжил. - А лучше бы не хотели. Вы, вроде бы, уже знакомы с мсье Каррера? Так вот, это тот человек, которому вы отдадите свою жалобу и который выпишет мне штраф. Немаленький. Но перед этим он еще расскажет мне о вреде влезания не в свое дело, фамильярном общении на работе, таскании халявных бутылок из бара и беременности от первого встречного. При этом он будет ходить с сигаретой и не разрешать курить, есть свои ужасно острые пасты, но не давать и кусочка. А еще знаете что? - Леннар резко обернулся и вцепился руками в подлокотнике кресла, в котором восседал брюнет. - Он заставит меня извиниться. И от этого всем будет еще хуже, - сделав пару шагов назад, Лен задумчиво потер подбородок: не переборщил?
Да вроде нет. Забыл добавить, что ограничит тебя в презервативах.
- Теперь вы поняли, чем для меня все это может кончиться? - по сценарию сейчас должны были пойти полные слез глаза, но у Валье по сценарию никогда не получалось, поэтому он ограничился лишь очередной грустной улыбкой.
Лен, в тебе сдох актер. И уже начал разлагаться. Хреновый потому что.
- А вас зовут, к слову? Память меня последнее время подводит, знаете ли.

Отредактировано Леннар Валье (2009-11-02 09:26:57)

45

-Хуже не будет. - Франсуа спокойно выдержал взгляд мужчины, когда тот приблизился, недопустимо нарушая границы его личного пространства. От Моле будто веяло легким холодом, он меланхолично выдохнул сигаретный дым, не задумываясь о его направлении. – Вы уже попытались извиниться. И не думаю, что присутствие вашего начальника как-то отразиться на качестве извинений.
Он медленно перекинул ногу на ногу, когда мужчина отстранился, чтобы не допустить в дальнейшем, несанкционированного приближения к себе.
-Кроме того, вас подводит не только память. Прежде чем требовать имя у меня, следует представиться самому.
Франсуа, прищурившись, оглядел собеседника, оценивающе и равнодушно.
-И меня не интересуют последствия для вас. Я спрашивал, о приятных бонусах для себя, если все же решу последовать вашей рекомендации и напишу жалобу.

46

Почему же присутствие не отразится? Очень даже отразится. Начальство вообще имеет волшебное свойство своим появлением исправлять хоть что-то, - Леннар прижал ко лбу ладонь: голова кружилась нещадно. Однако как любили говорять местные круглосуточные бабочки: сказал "А" - сам виноват, глотай до конца.
- Бонусы? - безжалостная ты скотина, бедного представителя среднего класса головой на плаху положить хочешь.
Леннар откатил к болконным перилам и подпер их собой, с совершенно каменной мордой лица смотря вдаль. - Неужели вы настолько черствый человек, так устаете от жизни и окружающих, что хотите блага лишь для себя? - пафосить получалось из рук вон плохо, однако это хоть как-то помогало отвлечься от мысли, что настучать все еще могут. Валье любимчиком особо не был и вряд ли второй проступок за день ему бы спустили на тормозах.
Хотя иногда светлые мысли и в головы кошельков приходят.
Обернувшись, мужчина посмотрел на сидящего в кресле постояльца.
- Извините, я совершенно забыл о правилах приличия. Осталось всего 4 часа до моей смены и я несколько расстроен этим фактом, - отлепившись от перил, Лен подошел к постояльцу и протянул ему руку для пожатия. - Леннар Валье, первый помощник заместителя президента комитета по связям с общественностью, - оттараторил он огромное название своей должности, которое сам запоминал несколько дней. Впрочем, возможно именно в ее произнесении необходимости не было: кому интересно, у кого из обслуги какой инструмент для работы. В общем, зря старался для того, кто смотрел на него слишком холодно и равнодушно. Хотя, может у него просто температура упала? Напрямую Лен спрашивать не решился, боясь навлечь на себя еще больший вычет из зарплаты, чем грозило.

47

-Я очень мягкий человек. – Моле легко поднялся с кресла, так, что протянутая для пожатия рука слегка коснулась его рубашки где-то в районе солнечного сплетения.- Именно поэтому я до сих пор разговариваю с вами, мсье Валье.
Непрофессионализм Франсуа не любил в любых его проявлениях. В данном случае громкое название должности никак не соответствовало неграмотному, суетливому поведению визави, так, что закрадывались мысли о том, что ее он получил отнюдь не за трудовые подвиги, а скорее за подвиги на совершенно ином поприще.
Он смотрел на первого заместителя сверху вниз, спокойно, с вежливым интересом. Из-за неплотно прикрытой  балконной двери раздавался приглушенный шум и музыка – похоже, вторая ночь карнавала уже началась или вот-вот начнется.
- Так, что приятного в рамках своей должности вы можете для меня сделать?
Франсуа поправил плед, натягивая его на плечи, глядя в лицо Леннара.

48

Леннар выжидал, когда же его собеседник сам начнет соблюдать те правила приличия о которых он говорил, ибо судя по выдержке сей субъект был неплохо вышколен. Правда это совершенно не умаляло шансов Валье вставить свою палку в колеса. Прямо таки кошачья грация мужчины неплохо сочеталась с взлетевшей до небес самооценкой и осознанием своего собственного Я, на которое Лену было чуть-чуть наплевать.
Мягкий, мягкий, я чувствую, мне на такую рубашку полжизни придется пахать, - к весьма неудовлетворительному выводу пришел мужчина, коснувшись пальцами все еще протянутой для пожатия руки тонкой ткани. Хотя смотря на повадки данного субъекта, брюнет все больше понимал, что он из разряда "вынь, да полож", не особо считающийся с общепринятыми нормами морали.
- К сожалению не в моей юрисдикции управление рабочим персоналом и учет постояльцев в номерах, я всего лишь веду клиентскую базу. И возможно единственное. что могу предложить - это свою скромную компанию на ближайшие пару часов, - от которой ты откажешься, потому что тебя таращит с моего поведения, - уже в уме закончил свою мысль Леннар, внимательно осматривая посетителя. Внезапно в мозгу что-то щелкнуло и искоркой пронеслось "Моле", однако на лице не дрогнул ни мускул, выдавая все же вспомнившееся имя.
- Хотя, вы так и не назвались, - папа учил меня не разговаривать с чужими дяденьками, - при мысли об отце Валье как-то немного осунулся: он так до сих пор и не дал ему знать, что жив-здоров. Впрочем, посторонние мысли все же пришлось убрать из своей головы,возвращая внимение к проблеме, нынче стоящей прямо по курсу и зябко натягивающей плед. - И вы не замерзли? Может, лучше зайти в помещение? Горячего чаю? - удивляясь самому себе произнес Валье, совершенно не наблюдая в интонации прежней язвительности.
В тебе заговорила совесть? Нифига, я молчу. Ты заболел, бери оплачиваемый больничный.

49

Франсуа слегка приподнял бровь – что заставило Валье сбавить обороты он не понял, но вдруг появившиеся предупредительность и вежливость словно сделали образ собеседника объемным. Он пристально взглянул на собеседника, стараясь понять в какой момент он упустил  это превращение, почему «досадная помеха» вдруг перестала раздражать –  пропустил  ли промелькнувшее выражение лица, едва видно скользнувшую эмоцию. Откуда, почему?
Моле вдруг понял, что действительно замерз.
-Пожалуй, да. - ответил он сразу на все вопросы, плавным движением сбрасывая с плечей плед и отправляя его в ближайшее кресло. – Ведите меня, Вергилий.
Чуть улыбаясь, Франсуа смотрел на Леннара, расслабленно опустив руки вдоль туловища.
Музыка внутри дома усиливалась, но перспектива бродить среди масок в обычном виде ничуть не смущала Моле. Он еще раз взглянул собеседнику в глаза с легким ожиданием. Чуть – чуть, несколько минут и он поймет, что произошло, что изменилось…. А маскарад подождет.

50

Леннар отнесся с куда большим интересам к самому себе, чем к словам собеседника. Что толкнуло его задать идиотские вопросы и получить не менее идиотские ответы, которые ни ему, ни мужчине напротив не были нужны? Впрочем, судя по встрепенувшемуся брюнету они ему пришлись по душе. Хотя будь Валье на его месте, он бы ни за какие коврижки не пошел бы с собой пить чай. Впрочем, он был сейчас не на его месте, а совершенно и полностью на своем. И отрабатывать свои опрометчивые слова все равно придется.
- Вергилий? Весьма интересное для меня определение, - ну, хоть Людовик четырнадцатый, по сравнению с мокрой сучкой это все цветочки.
Открыв дверь и выпустив клиента вперед, Леннар еще раз по привычке оглядел балкон, не осталось ли чего-нибудь лишнего или неубранного, и прикрыл створки, моментально погружаясь в праздник, царящий вокруг. Хотя, может и не совсем праздник, скорее всего явные отголоски: несколько человек в костюмах и масках, преобразивших их до неузнаваемости, снующий официант, кое-кто из работников другого поприща. Валье только покачал головой и довольно бережно для себя самого подхватил мужчину под локоть, проводя по коридорам и нескольким залам, не давая потеряться где-нибудь по пути.

» Холл и общие залы » Зала для отдыха

Распахнув очередную дверь, Лен обнаружил вполне себе ожидаемую, несколько своеобразную комнату отдыха для приезжих. В помещении никого не оказалось, что, возможно, не порадовало Лена, но было вполне по душе его спутнику.
- Проходите, присаживайтесь, - кивнув в сторону диванчиков, мужчину на минуту выглянул, поймав пробегавшего мимо дверей мальчишку-помощнику и велел принести чай. Отпустив живность, Валье прошел в комнату и присел напротив брюнета, складывая руки замком и ставя на них подбородок.
- А вы ведь так и не назвали себя. Ай-я-яй, как неприлично, - улыбнувшись, он откинулся на спинку: играть в кошки-мышки всегда интересно. Особенно если за это ничего страшного не светит.

Отредактировано Леннар Валье (2009-11-07 07:27:23)

51

==> зал для отдыха

52

Лабиринт из многочисленных коридоров петлял и выводил в комнаты, которых ранее, казалось, не существовало. Уже невозможно много времени потратив на поиски собственной спальни, невольник не мог сказать, что радовался перспективе блуждать в поместье до самого утра, но и дергать за рукава пробегающую мимо прислугу он не собирался. Неловко было признаваться, что страдает топографическим кретинизмом, мало того совершенно не запоминая дорогу, так и с полным отсутствием ориентации в пространстве. Хмурясь, он шагнул за порог небольшой, но вполне уютной залы и, чтобы скрыться с глаз присутствующих, поспешно направился к стеклянной перегородке, по всей видимости, уводившей к балкону, на свежий воздух. Пожалуй, сам черт водил за нос, кружа в паутине развилок, беспорядочной сети ходов и тупиков.
Толкнув от себя дверь, он шагнул за порог и, едва переставляя ноги, с опаской приблизился к краю балкона. Осторожно уложив ладони на перила, мальчик вытянулся и посмотрел вниз, поборов детское желание перегнуться чуть дальше и что-нибудь швырнуть вниз, в подступающие ближе с каждым часом тени. Проглотят? Или недовольно окрикнут грубым голосом охраны? Тая улыбку в уголках губ, он ухватился за шейный платок и неловко развязал, беспрепятственно вдыхая полной грудью. Секундное колебание прерывается посторонним шумом, звуком столь же нерешительных, как и желания невольника, шагов.
- Напитки, мсье?.. – тонкий, надтреснутый голос прислуги, возвращает в настоящее, накрепко сдерживает невольные позывы. Коротко улыбнувшись вошедшему юноше, Дэрин отступает от края, делая шаг навстречу.
Излишняя подозрительность убивает, морально истязает ложными мыслями. Мгновением ранее невольник готов был поклясться, что горничный пришел проследить за действиями раба. Не думал ли, что кинусь сам? Или решил составить компанию в полете? Как глупо, должно быть, думать, что мир существует лишь ради тебя, питает событиями, чтобы не было скучно, закаляет и учит.
- Благодарю. – качнул головой, соглашаясь на предложение, и шире улыбнулся, изучая то, что уютно расположилось на подносе в руках у парня.
Неспешно преодолев разделяющее расстояние, невольник подхватил бокал с вином и резво повернулся на низких каблуках, стараясь вложить в движение легкость и грацию, обворожительно улыбнуться и вернуться на прежнее место, жестом отпуская парнишку гулять. Но разве существует в ответственные моменты хоть малейшая справедливость? Почему, когда проявляется яркое желание сделать красиво, выходит «как всегда»?  Подцепив пальцами бокал, Блуд засмотрелся в сторону, изгибая губы в мягкой улыбке, старательно обошел незнакомца и встретился с внезапно выросшей дверью лицом. Стянув в кулаке хрупкую ножку бокала, он выставил руку вперед, свободную ладонь прижимая к ушибленному носу... Сухой хруст стекла. Щекочущая влага по запястью пачкает алым рубашку, пятнами расплывается по белому и притягивает взгляд. Разжав кулак, мальчик отшатнулся, вытянул рукав и растер ладонь, стряхивая остатки стекла.

53

Наливная ягода заката выкрасила уютную гостиную в терракотовые оттенки, Лоренцо прикрыл лицо ладонью, пряча его от всполохов. Пограничное состояние между скукой и предвкушение ленивой, остуженной мести обманутой, водимой за нос судьбы. Тонкая, как у цапли, шея официанта навевала мысли о перчатках, забытых им на тумбе в апартаментах. А без них сегодня к подобострастным живым существам прикасаться не хотелось, сколь бы ни был велик интерес – проверить на прочность. Пальцы мечтали о клавишах фортепьяно, а свежий воздух с балконов удивительно приятной прохладцей сочился внутрь помещения. В комнату вошел юноша, которого раньше он не видел. Впрочем, он посетил еще далеко не всех невольников… Что же зацепило взгляд? Что заставило перевести его с безвольного подбородка и опущенных вниз ресниц слуги, который едва заметно дрожал от такого тщательного изучения? Будто бы поспешные шаги, словно мальчик избегал даже мимолетного соприкосновения с пространством? С теми, кто в нем находился, точнее. Энзо шевельнул пальцами, указывая рукой в сторону спины, стянутой белой тканью, и официант торопливо вышел за порог залы, с подносом, предлагая молодому человеку напитки. Лефевр поднялся и через вторую изящную дверь последовал туда же - на балкон, неслышно ступая по песчанику пола. Опираясь спиной на ограду, с легкой улыбкой, наблюдал эпизод, претендующий на комичность – почему-то ничто в блондине не выражало серьезности, и именно поэтому он смотрелся несколько живее, чем натужно улыбающийся под ошейником приличий слуга. Кем бы ты ни был... Проглотив остатки мыслей вместе с простой водой из бокала, Лоренцо сделал несколько шагов ближе к юноше, но тот, скользнув по нему невыразительной, невидящей улыбкой, неосторожно шевельнулся, стремясь выйти из-под внимания, и врезался в преграду носом, а рука автоматически, рефлекторно, сжала стекло. Это было естественно, хоть он не раз наблюдал, как давят хрупкие ножки пальцами, выказывая раздражение или угрозу. Подойдя еще ближе, Лоренцо встал вполоборота к юноше и посмотрел сверху вниз в глаза, не на карминовую ленту крови, тягучим железным и солоноватым ароматом скользнувшую в ноздри, а именно в глаза. Странный. Как долго здесь? Почему так осторожен и так неаккуратен? Красные капли яркими цветами успели распуститься на белом манжете, он мимолетно задел их глазами, оценивая скорее степень повреждений ладони, нежели узор.
-Больно? – негромко проговорил, без сочувствия или интереса. Открыл губы, безлично выпустив слова, спиной ощущая жгущие лучи заката, бликом прочертившие рдеющую полосу на лбу юноши. – Глупый вопрос с моей стороны. Должно быть.
Достал из кармана пиджака платок, батистовый, но двойной и оттого более плотный. Не ожидая реакции мальчика, взял теплую ладонь, ощущая лихорадочно горящую по краям порезов кожу, и отточенными, скупыми движениями завязал тугой узел, обернув тканью поврежденные линии руки.
-Какое у тебя имя?

54

Теплая влага приятно ложится в онемевшую ладонь, согревает легкой, еще непроснувшейся болью, и яркими разводами выразительно проступает сквозь плотную ткань. Глаза пристально и без выражения следят за небрежными действиями чужих рук, а губы кривятся в едва уловимой улыбке, выражающей малую степень недоумения. Отступив в сторону и чувствуя себя новорожденным ягненком, делающим свои первые шаги на ватных ногах, со слабостью в коленках, он не смотрел на мужчину, старался побороть искушение вновь взглянуть ему в лицо с немым вопросом.
Больно? Ничуть, не так, как должно быть.
Прижав здоровую ладонь к стене, невольник расправил плечи и выпрямился, вздергивая подбородок и выжимая из себя вежливую, но весьма дурную улыбку.
- Красивое, мсье. – Хрипло выдохнул, не узнавая собственного голоса. – У меня их два, но оба красивые, уверяю. Никогда не думал, что существует хоть одно неприятное имя, ведь все строятся из одних и тех же букв и звуков. Алфавит, он ведь так скуп... Другое дело, с каким оттенком их произносить и выговаривать. – Облизал сухие от волнения губы, на мгновение прислушиваясь лишь к своему неровному дыханию и часто бьющемуся пульсу. – Человек, который называет себя моим хозяином, хозяином всего, что тут есть…- неопределенно взмахнул перевязанной рукой, произнося повторы с очевидным  давлением, но с чувственной улыбкой, чтобы скрыть сухой, небрежный тон. - …не дал мне нового имени, вовсе запретив называться хоть как-нибудь, отнял разом оба. Всегда думал, что это ужасно быть никем, быть ниже, словно вовсе не существовать…- мальчик продолжал лопотать, закрывая рот только для того, чтобы глотнуть воздуха и вновь продолжить складывать вслух предложения, не имеющие смысла.
Боль просыпалась, распахиваясь алым цветком на ткани, неосознанно сильнее сжав кулак, Дэрин уводил мысли от неприятных ощущений, концентрируя внимание на незнакомце, стараясь уловить каждое его движение и напрягаясь, едва он шевельнется. Теряя терпение, невольник продолжал легкомысленно щебетать, спотыкаясь на каждой фразе и перепрыгивая с одной мысли на другую, вслух рассуждая о значении имен, о том, что могло твориться в голове у родителей при наречении младенца, почему настолько несправедливы люди, стараясь отобрать последнее, что осталось от прошлого. Бледнея, он переминался с ноги на ногу, борясь с желанием обойти молчаливого собеседника и избежать его внимания, чтобы в тишине зализать на удивление болезненную рану.
Резко прервавшись, Блуд удержал на губах мирную улыбку и взглянул на мыски мужских ботинок, затем скользнул взглядом выше, тщательно рассматривая незнакомца. Насколько глупым он мог показаться вот этому человеку, достаточно ли для того, чтобы интерес к неловкому юноше иссяк?
- Еще я могу рассказать о том, насколько несправедлива жизнь, наделяя таких, как Вы деньгами и статусом. – чуть шире улыбнулся, вскидывая широко распахнутые глаза.- Но стоит ли?

55

Рокот. Как треск крыльев цикад по стеблям растений. Царапающий, раздражительно-размеренный, переливами от затишья к новой череде. Интересно, цикады расцарапывают плотную зелень цветов и бутоны до горклых капель, когда стрекочут особенно интенсивно? Энзо с невыносимым выражением легкой заинтересованности, немного насмешливо улыбаясь, слушал всполохи звуков, которые сквозь припухшие, карминовые по уголкам, по-детски подвижные губы, выталкивал из себя мальчик. Он не брался предположить – что именно так скребло его изнутри – ощущение удушливой тесемки беспомощности или иллюзия вольности, еще сильнее напоминающая о близости решетки.
Молчал, не прерывая, хрустнул только взглядом по осколку на полу с ярко выкрашенным краем. Кислород пах статическим напряжением, короткими молниями, спешно прикрытыми рассеянной мимикой и раскидистыми искрами рыкающего в интонации голоска. Раздражительность, боль, вызов и что-то еще.
Киловатты с ног до глаз. Лоренцо, выпрямив линию рта в полосу, подавил в себе желание вколотить в зрачки мальчика одно лишнее, глупое и почему-то нелепое: «мне наплевать на твое мнение, раб». Впрочем, он слишком давно не врал в такие дождливые глаза… Стоит ли начинать, если ответ вообще считаешь лишним, а лукавство - более грубым, чем простенькое похабное, но более натуральное - "дырка".
-Как думаешь, язык дан тебе для рассуждений о деньгах и статусах? Хотя, откуда мне знать, может, этот вопрос слишком навязчиво забивает головы тех, кто лишен всего – имени, права выбора и ответственности за себя…
Глаза скользили, оставляя холодноватый, крапленый как застывший по утру снег, след - от выставленного вперед подбородка по переносице. Слишком сильный запах. Всё это уже было слишком – отрывистые очереди недоеденных, еле пролезающих сквозь глотку слов, гирлянда разнокалиберных взглядов по нарастающей, теребящие друг друга подошвы, кровь с повышенным содержанием в ней не выплеснутой через порез подростковой, вымученной, максималистсткой чувствительности.
Брыкание иронией. Мальчишка. Когда ты угомонишься, если уж твой господин не захотел справляться с твоим темпераментом, хотя ты… Чего бы ты вообще хотел? Прыгнуть с парапета на радость некрофилам и горечь уборщикам? Зябнуть часами мурашек на крыше, зная, что рано или поздно за тобой придут и тогда, тогда… Энзо пресек мысли, чуть приподнял бровь, и все-таки улыбнулся, вламываясь в зрачки юноши с деликатностью не заточенного топора, в самую плоть его эмоций, не зная, какие они, но прорубая между оттенками выбоину.
-Я думаю, ты можешь попробовать рассказать мне об этом в своей комнате. Там, где тебе позволено зализывать травмы, - он кивнул на промокший насквозь платок, но пальцы коротко пробежали по краю скулы. Голос неспешными стежками пришивал к щеке мальчика багряное пятно румянца – фраза была отнюдь не предложением. –Мы обойдемся без Мастера...
Память услужливо выводила имя за именем. Разными штрихами – где-то с кляксами и пометками рядом, где-то ровные строчные, где-то вдавленные до прорезей.
-Дэрин.

56

Случайные мысли, высказанные вслух, бились о глухую стену восприятия, острого нежелания понять и принять рассуждения оклейменного несвободой  мальчишки. Лишенный всего, он старался прийти к верному выводу, почему так происходит - один человек получает власть и деньги, второй же довольствуется положением ниже, выслуживаясь перед старшими в статусе. Не удачное расположение звезд в ночном небе определяет будущее при рождении, а наличие близких родственников, их зависимость от денег и, в отдельных случаях, направление деятельности. Выращенный в тепличных условиях он не мог понять всего, что происходит, вычитать в книгах или газетах. Вопросы ладно строились, возникали, чтобы без ответов раствориться в новых, беспорядочных, нелепых по сути – юношеский максимализм?
Тонко чувствуется насмешка несговорчивого незнакомца, играет терпеливой улыбкой в уголках губ. Задумчивый взгляд касается битого стекла, выдавая тусклый интерес к происходящему, к бесконечной веренице слов с запинками щедро льющейся из невольника.
Длинной струной тянется ожидание, сильнее царапает раздражением – обратный, зеркальный эффект собственной долгой речи - тщательно стараясь задеть собеседника, мальчик накручивал себя, выдумывал причины такой жизни, не задаваясь, собственно, главным вопросом – хотел ли он другой ради лживого ощущения свободы? Звонко лязгнув, кованая решетка захлопнулась, диким зверем забилось сердце. Ловушка для самого себя.
Шаг назад в невольной попытке уйти от напряжения, закрыться, сникая улыбкой и ненавидя себя за слабость.
- А я…а он…мне…- беспорядочная россыпь невразумительных слов сухо рвется с губ, на скулах играют пятна смущения, - …мне кажется, что это не совсем Вас касается, – выдавил из себя, смягчая грубый тон улыбкой и опуская глаза в пол.- …кем бы Вы себя не считали.
Сцепив за спиной трясущиеся руки, Блуд отвел взгляд в сторону, небрежно прислоняясь плечом к стене. А что, собственно, дальше? Собраться с духом и найти в себе силы извиниться за длинный монолог? Хватит ли улыбки, чтобы воротить сказанное и убедить господина в верности его слов - да, рабу ни к чему имя, не должен связываться им, когда сутки живешь в пользу чужой прихоти. Неуверенно, заново воспитывая в себе смирение, мальчик отступил от стены и выпрямился, лаская взглядом фигуру мужчины. Уголки губ дрогнули в слабой улыбке:
- Простите. – мирно отозвался, игнорируя последние слова собеседника, не слушая, не вникая. – Разве есть смысл продолжать? – тихо рассмеялся в ладонь. – Должно быть, я Вас утомил, и не буду терзать Вашу совесть глупыми мыслями…- оглянулся, утонув взглядом в кутающем сумраке. – Почти ночь. Я слышал, что это последний маскарадный вечер, было бы неловко с моей стороны отвлекать гостя.
Боль греет ладонь, набухшая от влаги, повязка неприятно стынет, легкой прохладой приникает к коже. Жарко пульсирует кровь в висках, подчиняясь частому ритму сердца.
- Могу проводить Вас до главного зала, господин..? – оттянул рукав, расправляя манжет, и шире улыбнулся, вопросительно взглянув. – Я как раз собирался к выходу перед этим…происшествием. – скорбно отметил и направился к дверям, обходя стороной мужчину.

57

За спиной мальчика тикали часы. Он видел сквозь нарядное стекло ширмы витража тяжесть секунд, заставляющих под своим обманчиво легким весом сдвигаться рамки и стены, удушающее подтягивая за ворот что-то новое, все ближе к силуэтам. Но Энзо не отпускал прошлое, не прикармливал забытье, ничто не могло бы заставить Лефевра разжать тиски памяти, дать возможность ягодам упасть с грозди,- и зеленым, кислым, вяжущим - не созревшим, и спелым, наливным, обласканным мыслями до лоснящихся боков. Невольник же, оставшись в его глазах надломленной, но все еще сохранившей биение сока жизни, веточкой вербы, не узнавал своего отражения. Почему? Вопросы приговоренного к четвертованию или повешенью... Почему именно такая участь, а не щадящая инъекция в вену? Почему именно медленная, пахнущая дороговизной чужих духов и просоленной от жадности одеждой, если вообще не виноват ни в чем, кроме рождения, и никоим образом не причастен к позе змеистой Альголь? Четки ли разорванных, оголтелых случайностей, простучавшие по асфальту до обочины, под направляем розы ветров стеклись к обстоятельствам… Или выбор. Подсознательный, но крепкий как каркас, celtis, выращенного в оранжерее любителя бонсаев. Он вспомнил, как неподалеку от берегов Сент-Клэр, ссадил гусеницу павлиноглазки на отдающий медовой смолой листочек родственника этого плотного дерева, чтобы быстрее иметь возможность увидеть, как та взломает чешую кокона и робко обнажит немыслимо хрупкие крылья, наевшись досыта… И улыбался, аккуратно удерживая на фаланге указательного пальца новорожденную одногодку, до того момента как очередной коллекционер захотел воткнуть в нее свою иглу. А за деревом хорошо ухаживали, не давая паразитировать иссушающему грибку, и крона после дождя поблескивала свежестью. Такова жизнь, и никто не сможет изменить состав пряжи Арахны или остановить ножницы одной из трех мойр.
Юношу качнуло назад, осторожным зверьком, почуявшим запах мушкетного масла, ближе в тень. Как будто за спиной не было стены. Нет, мальчик, здесь все стены для тебя, все стены выстроены, чтобы не дать даже иллюзии свободы, они впитывали сукровицу, пыль, сочную влагу лет, и никогда не поддадутся округлым выступам лопаток.
- А я…а он…мне……мне кажется, что это не совсем Вас касается …кем бы Вы себя не считали.
Слова сухо затрещали, как поломанный хворост для костра, разгоревшегося секундным гневом на щеках. Вот как. И куда ты пойдешь? Куда ты можешь уйти? Выбора нет, не будет, не предусмотрено бокового выхода из зала, хоть и можно оторвать глаза от гротескного фарса вожделеющего марева над сценой.
Лоренцо внезапно захотелось вывернуть наизнанку, волокнистой мышечной тканью наружу, заставить ребра трещать под взглядом, не давая опускать веки, прячась в пустеющем вызове или притворной безразличной, безымянной похоти глазниц. Чувство было непривычным и сильным, как жернов, перетирающий в белую пыль сахарные кости вежливой и насмешливой отстраненности. Выдрать из грудной клети, заходящейся в снопах ярких оттенков эмоций, и обмотав колючей проволокой, сжать в ладони густоту уязвимости бесенка, подточившего покорностью чугунную решетку.
Еще одна кварцитовая песчинка сорвалась вниз, и он осторожно, медленно, как сквозь дегтярную заводь, отвел непроницаемую гладь радужки глаз от пульсирующей манерности неудачливого комедианта с мягкими даже на вид волосами и порезом величиной с пробоину от подвернувшегося упрямой лодочке рифа.
-Как удачно ты мне напомнил про Маскарад…
Безликий голос не отразил ничего из ураганной круговерти, повисшей слепым ожиданием в стороне от закатной муфты. Его губы вторили улыбке мальчика чуть более туманно, неразличимо, но Энзо точно мог сказать, что всего лишь дал отсрочку, такую же короткую как выстрел в упор, и Аукцион, цветными углями развернувшийся под ступнями гостей – вакхическая бесноватость языческого танца на каблуках пороков, приведет обратно. И провожать не будет нужды.
-Благодарю, однако… не стоит, молодой человек. Я неплохо ориентируюсь в коридорах и этажах замка.
Лоренцо сделал пару шагов до порога и, бросив взгляд на постепенно багровеющую до ржавчины ткань, негромко проговорил перед тем, как выйти с балкона и направиться к дверям залы.
-Вена не задета. Везение, должно быть.

Каминная Зала >>

Отредактировано Энзо (2010-04-12 03:08:51)

58

Еще некоторое время он стоял в стороне, уставившись в закрытую дверь. Первой реакцией на резво завершившуюся встречу было недоумение – кто бы мог подумать, что столь внимательный незнакомец поспешно оставит его, минутами ранее выслушав резкие слова в свой адрес. Верно. Везение, должно быть. На лице застыло оскорбительно неподвижное выражение, губы неприятно сжались в тонкую линию, храня отпечаток недоброго отношения, крохотной части презрения по отношению ко всему окружающему, грязному и рыхлому положению в системе. На секунды, всего на несколько глухих мгновений, неровные звуки дыхания умерли, растворившись в тишине. Замерев, сердце сжалось в кулак. Грудную клетку стеснила невыносимая тяжесть, разом рухнувшая едва ли подъемным грузом…и в то же время, где-то далеко холодило невесомое чувство легкости, рождая беззвучный смех, сухо рвущийся с губ.
Если подумать, с ним и раньше происходили неловкие происшествия, виной всему была рассеянность и невнимательность мальчика, но никак не встреча с одним из приглашенных на маскарад. Это было четвертым знакомством за последних пару суток после приезда в поместье и, как оказалось, менее болезненным – о таких ситуациях говорят «отделался легким испугом». Блуд давно потерял счет времени, не мог сказать точно, какой сейчас день, под каким числом, вывести полную его дату. Плотный, пугающий реальностью сон. Именно так. Незначительно маленькие части собственного «я» проваливались внутрь, далеко в душу, наливаясь тяжестью и сжимаясь в комок.
Вечное вчера.
Кончики пальцев немели от холода, порез настойчиво хранил в себе легкую, ноющую боль, мыслями возвращая к себе. Надо собраться, глубоко вдохнуть и задержать дыхание, начать двигаться, пошевелиться для разгона. Один короткий шаг вперед, ухватиться здоровой рукой за дверную ручку и с силой провернуть, открывая дверь.

---->

Отредактировано Дэрин (2010-09-01 21:28:21)

59

----- Каминная зала

И все закончилось также, как началось. Блэр снова бежал по коридору. Отчаянно, быстро, в приступе паники. Рубашка вылезла и брюк, волосы спутались, неприятно и жарко. Бедняга всерьез испугался, представив себе картину исполнения последнего услышанного задания. Нечеловеческий рев боли, восторг толпы при виде крови невинной жертвы… Шок для воспаленного алкоголем сознания. Англичанин выбежал в раскрытые стеклянные двери балкона навстречу свежему воздуху, шарахнувшись таким образом подальше от страшного коридора. Везде вокруг стояли столики и стулья и ждали своего часа улыбчивые официанты. Блэр выбрал столик у перил, прошел к нему, присел на стул и облокотился бессильным жестом на широкую каменную поверхность ограды.
- Что желаете, месье?
- Воды. Простой холодной воды. Быстро.
Брюнет огрызнулся, подгоняя слугу, потому что очень пересохло в горле. И немного трясло. Дрожали руки. Блэр промахнулся, когда попытался кинуть пиджак на стул, и он теперь валялся под столом, ярко выделяясь на фоне пола.
- Прошу, месье. Приятного отдыха.
“Издеваешься, да? Какой приятный отдых, когда люди ненормальные?».
Англичанин схватил стакан и стал жадно пить, давясь водой. Слуга принес целый графин, видя, что одного стакана отдыхающему не хватит. Блэр сидел, пил, пытаясь успокоиться. Ему было жарко и ветер не спасал.

60

---» Комнаты Фрэда Мостина

Обстановка немного смущала, непривычно было видеть совершенно не мотельную роскошь, да и люди, встречающиеся на пути, выглядели так, что подходить к ним с расспросами было бы немного странным. Появлялись определённые мысли по поводу того, что это не совсем мотель, но вот для уточнения своих догадок подходящей жертвы всё никак не находилось. Ещё одна подмеченная вещь не давала ему покоя – тут не было представителей женского пола, по крайней мере, он их до сих пор не замечал. Чувствуя себя так, будто его выкрали инопланетяне и заселили на другую планету, он шёл по коридорам, оглядываясь из стороны в сторону. И вот так вот в поисках Фрэд забрёл на балконы, где было подобие ресторана, и среди столиков и официантов чувствовалась атмосфера отдыха. Несколько минут он простоял на входе, размышляя над тем, как лучше всего начать задавать вопросы и как именно их формулировать, чтобы не показаться совершенно сумасшедшим человеком. Взгляд скользил по посетителям выискивая подходящего человека для расспросов, но подойти отчего-то решиться было сложно. То ли дело было в том, что не хотелось отвлекать отдыхающих, то ли в том, что подходящие вопросы так в пустой голове толком и не собирались во что-то более-менее приемлемое. Он застыл словно статуя, скрестив руки на груди и облокотившись о стену возле выхода спиной, надеясь на то, что мысли всё-таки соберутся. Взгляд уже зацепился за одинокого молодого и явно скучающего человека, но вот что сказать вначале? Фрэд вздохнул, настроившись, подошёл к незнакомцу и, вежливо улыбнувшись, спросил:
- Извините, можно задать вам несколько вопросов?
Словив на себе взгляд, он решил не медлить и сразу же присел на стул напротив парня.
- Вы не подскажете, где я нахожусь? Я имею ввиду не конкретно это место, а само здание и где оно находится, - положив руки на столешнице, как школьник на уроке, Мостин заговорщицки наклонился к собеседнику и вопросительно посмотрел на него.


Вы здесь » Архив игры "Вертеп" » Холл и общие залы » Балконы